Подозрительные пассажиры твоих ночных поездов

Если мерное колебание железного футляра воплощает для Вас плавание длиннохвостого средоточия островка мечты посреди путеводных сосудов земного шара; если утробное урчание уютного вагона навевает Вам дивную колыбельную неразгаданных грёз; если кружевная чёрно-белая вуаль, мягко опущенная фонарями ночного перрона на любопытный глаз бессонного окошка трепетно овевает воображение фантасмагорией неизведанного, то... смелее запрыгивайте в книжный состав Ёко Тавады! И тогда Вы отправитесь в удивительно невесомое путешествие перронами бессонных грёз.

Любите ли Вы ночные поезда? Этих милых перепончатых драконов с мерцающими бочками окон, бережно скрывающих тайные фантазии чужих снов. Лично я просто обожаю! И в этом мы с героиней Тавады схожи. Она без ума от путешествий ночным экспрессом, которые воплощают... сладкую щекотку неизвестности. Сколько сюрпризов для неё таит новая строчка пути: будь это странное происшествие, удивительная встреча или особенное личное впечатление! И, сквозь её восприятие, невидимым клубком ярких ощущений, мы сами тихонько проникаем следом за ней в сонмы безликих вагонов ярких возможностей. Следует подчеркнуть, что безымянная героиня - личность творческая, обладающая очаровательным талантом танцовщицы. И динамичная специфика её странствующей профессии прелестно способствует утолению жажды пряных впечатлений. Поэтому для столь чувствительного нерва её острого восприятия, она имеет маленький дорожный багаж и громадный перечень выбора железных друзей... Тенью мы скользим за ней по пустынному парижскому вокзалу, встречаем странную венскую актрису, пьем водку среди сибирских морозов, становимся неловкими югославскими контрабандистами, изнемогаем вместе с Шивой под слепящим бомбейским небом и... ищем себя на перронах бессонных грёз.

Оставив дымную платформу последних страниц книги для следующих попутчиков безымянной героини, осознаю, что короткое путешествие вокзалами снов меня удивило. Произведение совершенно особенное, словно зыбкая игра теней в парчовых складках японского кимоно... Оно медленно зачаровывает, делает тайным сообщником, наполняет бликами неуловимых впечатлений. Каждая глава открывает сердцу новый город новой страны в бесконечном странствии героини, лишённой возраста, половой идентичности, нелепых убеждений. Первая половина книги открывает глазам читателя окошко в пейзаж 80-ых годов, дивно меняя внутреннюю палитру ощущений танцовщицы от студенчества до... бесконечности (?) во второй половине романа. Постепенно становится примечательной и андрогинность героини, скользящая между строк с момента её дивного хабаровского сна, который для меня, наряду со странным эпизодом о двуглавом любовнике австрийской актрисы, стал одним из самых ярких, выгодно оттеняющих несколько затянутое начало произведения. Образ героини пленительно лёгок. Она воздушна, словно мотылёк. Но именно вольная невесомость динамики оказалась для меня чрезмерной. И, я, человек возносящий идол абсурда на пьедестал читательского поклонения, стыдливо опускаю глаза, шаркая носком ботинка по воображаемому перрону, робко шепнув в никуда: " А можно было добавить в канву романа ниточку... логики?". Её мне не хватало. Но мнение слишком субъективное, продиктованное настроением, а произведение явно имеет своё непостижимое очарование. Потому что в этих воспоминаниях о путешествиях героине так отрадно парить сквозь время и пространство, постепенно стирая границы собственного "я". Она насыщается окружающим и ласково растворяется в нём... А мы мягко следуем за ней, блуждая по дивным перронам ночных бессонных грёз невидимой ленты струящейся жизни.

Читая «Подозрительных пассажиров твоих ночных поездов» ни на секунду не стоит забывать об особенностях японского менталитета и странноватом названии.

Для нас ночные поезда — явление обыденное, куда более привычное, чем скоростные «Сапсаны». Для японца или японки — это что-то чуждое, незнакомое, сразу переносящее в другую реальность. Японию рассекают на умопомрачительных скоростях быстроходы, так что культура купе и плацкарта им далека. И только в Европе или России им приходится мириться с заточением в маленькой движущейся клетке, где надо терпеть и некоторое время сосуществовать с этими самыми подозрительными пассажирами, для которых ты тоже подозрителен. Перроны, привокзальные гостиницы, такси и ловкие шельмы на вокзалах — дополнительные штрихи к миру, с которым в обычной жизни не соприкасаешься. Неудивительно, что Ёко Тавада мистифицирует непривычное состояние и ищет в нем особенные подсмыслы. Это как если бы это был космический автостоп или приключения в подводном мире, но и там не покуришь в тесном тамбуре подлодки, а соседом по межзвездной капсуле обязательно окажется кто-нибудь с подозрительно пахнущими ногами.

Важнейший лайфхак для чтения этой книги — слово «твоих» в названии. Любые поездки, любые соседи, отношение к ним, додумывание судеб, любые приключения на собственную пятую точку во время недолгих остановок — сугубо личные. Ёко Тавада пытается передать нам индивидуальный эмоциональный посыл. Так что придется поймать ее волну, иначе на одном интересе не уедешь. Не сможешь синхронизироваться с автором по эмоциям и настроению, так проще и вовсе отложить тоненький покетбук в сторону, лучше не станет. Восточные нации умеют наслаждаться красотой единственного стебелька травы или необычным оттенком сосновой шишки, и если помнить про замысел автора дать нам срез ощущений, то «Подозрительные пассажиры твоих ночных поездов» так и останутся просто книжкой со странным названием, где происходят какие-то разрозненные события.

Я бы рекомендовала обращаться к Ёко Таваде только тем любителям книг, которые готовы влезть в чужие непривычные ощущения, попытаться понять их и примерить эмоциональный фон на себя. Не зайдет — ну и ладно, когда-нибудь можно будет попробовать еще раз.

Что может быть лучше, чем путешествовать ночными поездами? Приходишь, уставший после целого дня, насыщенного путешествиями, в вагон, падаешь на полку, и тут начинается самое интересное.

Слабое желтоватое освещение, стук колес за окном, в стекле отражается твое купе, но что-то в этом отражении не так. Как детские картинки, где нужно найти десять отличий, так же отличаются мир, в котором ты находишься, и тот второй - застекольный. На первый взгляд и не понятно, что не так. Может, там у тебя чуть длиннее волосы, может, на коленях у тебя спит другой мужчина, может, в руках у тебя книга потолще, может, в плеере музыка получше, может, в том мире ты чувствуешь себя счастливей. У тебя двое попутчиков, а если считать застекольный мир, то даже четверо. Ты можешь прислонится головой к тонкой грани, разделяющей эти миры, полуприкрыть глаза и выдумывать для них истории: тем, кто с этой стороны, - сумасшедшие, тем, кто с той, - волшебные.

В ночных поездах лучше не спать, ведь можно пропустить все волшебство. Проснешься утром, а дамы с верхней полки уже нету в купе, и не увидишь, как после полуночи дверь бесшумно открылась, внутрь проскользнула загадочная фигура в черном и увела твою соседку с собой. А мужчина на соседней полке мирно посапывает, но ты не знаешь, что на одной из станций он ушел в купе проводника и поменялся там с ним телами. И это уже проводник спит сейчас в метре от тебя, а твой попутчик несет службу и чай по длинным коридорам. Ты не узнаешь, что ночью поезд стоял на месте, а снаружи бегали рабочие сцены, изменяя декорации для тех, кто бодрствует и смотрит в окно. В ночных поездах нельзя спать.

Утром поезд прибудет на нужную тебе станцию. Ты разбудишь своего спутника, закинешь на плече гитару, захлопнешь книжку и выйдешь в настоящее. Вдохнешь привычный воздух и тебе станет радостно, ведь ты приехала туда, где тебя ждут, а потом немножечко грустно, ведь путешествие ночным поездом окончилось, а вместе с ним и волшебство. Хорошо, что ты всегда можещь купить новый билет.