Похороните меня за плинтусом

Тряпки слабовольные всегда самоутверждаться любят.

Давай, лапонька, ложку за бабушку… За дедушку… За маму пусть черти половниками смолу глотают. За Галину Сергевну. Из-за тебя, идиотика, обиделась бедная. Еще ложечку съешь за нее, чтоб не обижалась.

«Я на нем отыграюсь». Так знай, я вас всех имела в виду, я сама отыграюсь на вас всех. Понял?
Я смутно понимал, что значит «отыграюсь», и почему-то решил, что бабушка утопит меня в ванне.

Неужели счастье было когда-то жизнью?

Праздник кончился, началась жизнь.

За грехи родителей расплачиваются дети.

Я доел кашу, сказал бабушке спасибо и вышел из-за стола.
— Хоть бы спасибо сказал! — послышалось вслед.

... все, что могло сегодня произойти, уже произошло, и, кроме как спать, ничего не остается.

счастье не могло стать жизнью, и жизнь никогда не позволила бы счастью заводить свои правила.