Карусель в голове

"Играть целый день в песке, когда война и отец на войне… Разве нельзя, — думал я, — играть в песке, если даже война?"

Я пошёл поглядеть виноград. Я-то знал, что он ещё зелёный. Но я хотел ещё раз поглядеть. Вдруг я вижу: бежит по дороге мальчишка, вокруг пыль столбом и жара такая, а он орёт:

— Война! Война!

Мама тоже вышла из дому. Она слышит это и мне говорит:

— Вот негодный мальчишка! Вчера тоже кричал: "Пожар! Пожар!" А никакого пожара не было.

Я стою в винограднике. Это здорово, что мы на даче! Скоро наш виноград поспеет. Мы будем есть его сколько хотим. Пока не наедимся. Папа меня так учил: "Ты берёшь в руки кисть. Вот так, а другой рукой ягоды рвёшь. И кладёшь их в рот. Ты набираешь их полный рот. Как можно больше. Потом — раз! — надави все зубами. Ты понял? Вот как едят виноград!"

Наш город самый красивый. Хотя я не был в других городах.

У каждой уважающей себя семьи есть что продать на случай войны или там на другой худой случай...

Кто захочет сидеть в подвале, когда есть в нашем доме крыша?

- Мой папа, - говорил я, - убил самого главного фашиста одним выстрелом вот с такого расстояния, как отсюда, от этих перил, до той трубы, вон на той красной крыше...

• Он убил Гитлера? - спросил Расим.
• Гитлер сидит во дворце, - сказал я, - как его там убьёшь?
• Значит, не самого главного, - сказал Расим.
• Как же не самого, - говорю, - когда самого, только не Гитлера, вот и всё...

- Ты пишешь марш? - говорю я папе.

• Марш? Какой марш?
• Самый военный, - говорю я.
• Убери его, - говорит папа.
• Марш отсюда! - говорит мама.

Когда дядя Али уезжал, он сказал маме: "Встречу Володю, привет передам. Ещё что передать?" Мама стала столько передавать, дядя Али сказал "Хватит, зачем столько передавать?" А мама сказала: "Нет, передай, пожалуйста, всё передай". Тогда дядя Али сказал: "А как же, обязательно передам".

… Сила, брат, коллектива! А если мы будем сидеть сложа руки, что будет? Что будет тогда, мой друг? Тем более если война. И защита отечества?