Мефодий Буслаев. Стеклянный страж

Бывший лучший друг уже никогда не может стать просто хорошим знакомым. Когда накал дружбы падает, всегда возникает смущение и общее острое неудобство. Даже "привет!" всегда говоришь с протезной улыбкой. Кого пустил однажды в душу, просто так уже не прогонишь. Там навсегда останется его пустой стул.

Чтобы начать всплывать, надо как минимум понять, что тонешь. Пока человек этого не понял, он никогда не будет выкидывать из карманов то, что тянет его на дно.

Полезное с приятным не совмещается. А вот бесполезное с неприятным за милую душу.

Мы готовы менять все, что угодно, только чтобы ничего не менять. Делать все, что угодно, – только чтобы ничего не делать. И прилагать какие угодно усилия – чтобы не прилагать никаких усилий. Человек, обманывающий себя самого, вечно будет козликом прыгать на одном месте, воображая, что куда-то идет.

– Я тебя умоляю! – поморщилась Мамзелькина. – Человек – то, чем он реально занимается, а не то, чем себя считает. Нельзя срезать кошельки на городской площади и при этом мнить себя великим композитором. А ведь целая куча народу именно этим и занимается!

– Как же я могу не закончить книгу, когда я уже ее начала? – озадачилась Ирка.
Валькирия сонного копья улыбнулась.
– В том-то и проблема. Жадность губит фраера, а перфекционизм – вечную отличницу.

Лучший тест на нормальную женщину – это когда при ней можно ругать феминизм!

Надо искренне радоваться чужим радостям. Тогда чужих радостей вообще не будет, и все станут моими собственными. Это ж сколько тогда у меня будет радости!

Первый шаг к свету - оставить свою помойку при себе и не делиться ею с другими. Второй - хотя бы вчерне разгрести ее.

Я люблю, когда все просто, понятно и надежно. Вот друг, вот враг, вот люк, вот лестница. А все, что сложно, накручено,мутно - все гниль.

Ощущать себя полной дурой неприятно. Хуже этого только ощущать себя умной, успешной, великодушной, все знающей и никогда не ошибающейся. Если из первого состояния еще можно как-то выползти,то розовые очки снимаются порой лишь вместе с головой.

Если меня что-то и держит на плаву, то только воля. Я должен ее пинать, потому что она дряблеет на глазах! А пинать ее нужно всякий раз по-новому, потому что она, собака такая, привыкает!

Воображая добро всепрощающим и для себя неопасным, мы быстро приходим к выводу, что с добром можно не считаться, что оно мягкотелое и все всегда простит. Что добро – это нечто вроде родной бабушки, которой можно безопасно хамить и захлопывать дверь перед ее носом – все равно не разлюбит. Но вывод этот глупый и гибельный. Добро гораздо требовательнее зла и кулак у него значительно тяжелее. Просто оно порой выдерживает паузу, чтобы определить меру нашей внутренней дурости.

Лучше не спрашивай, а то случайно узнаешь правду.

В запойном чтении проходила большая часть дня. Читала она до одури, до физической тошноты, внутреннего опустошения и ряби в глазах. Нередко после книжки ей мерещилось, что автор попинал ее ногами, с чувством откашлялся, повернулся спиной и удалился, виляя сутулыми лопатками.

Свобода – это когда в любой ситуации ты можешь сказать как «да», так и «нет».

Русская национальная игра: хочешь обрадовать маму, скажи ей, что не любишь папу.

Я один сын у мамочки! Как я могу не быть эгоистом?