Гроздья гнева. Зима тревоги нашей

Ребята, вы сейчас как читаете, а? В меня не лезет третий месяц вообще ничего. В января жмыхнуло мой Казахстан, пока очухалась, начала "Гроздья гнева", а тут и подоспел роман-эпопея "Спецоперация и мир", от которой опять-же и нам прилетело.

Сейчас мне как-то особенно сложно проникаться книжными историями - всё кажется пустым и малозначительным на фоне реальных проблем, а потому, история злоключений семейства Джоудов не трогает ни разу. Просто кул стори оклахомских реднеков в поисках приемлемых условий жизни. История, в которой можно понять всех - "срянных капиталистов" с их технологиями и промышленным прогрессом, несчастных колхозников, потерявших свой хлеб и калифорнийцев, не желающих жить бок о бок с палаточным лагерем неблагополучных переселенцев. И, наверное, про каждого из них, можно написать душещипательную историю о жизненных оказиях и неудачах.

Не знаю у кого как, мне "в лёт" эту книгу прочесть не удалось, все время стопорилось, при этом, пространные рассуждения и рефлексии о бытности простого люда зашли, внезапно, лучше, чем непосредственный сюжет про семейку Джоудов.

В самом тексте особенных литературных красивостей я не обнаружила. Положа рука на сердца - это абсолютно не обязательная книга, если: а) у вас нет пунктика прочесть все, что считается классикой того или иного рода; б) вас мало интересует история и бытность американцев.

Всем мира, ребята.

Любимой книгой у Стейнбека у меня была и пока что остается "К востоку от Эдема". Его романы о Великой депрессии, которые я читала, тоже великолепны. Объективно, "Зима..." тоже хороша - восхитительный слепок с разлагающегося американского общества 60-х, язвительная и грустная... Но мне не хватило чего-то того, что я раньше находила в книгах Стейнбека.

Представьте себя на месте нашего героя, Итена Хоули. Отец промотал семейное состояние, а сам Итен - то, что от него осталось. Чтобы прожить, он вынужден работать в лавке у презренного воротилы-макаронника. Но жена и воспоминания о былом величии семейства не дают ему покоя, и Итен начинает комбинировать, как бы ему вырваться из того состояния, которое он сам считает унизительным. И в какой-то момент ему придется пойти на сделку с собственной совестью, а это, как известно, не всегда приводит к добру.

В целом было довольно любопытно, несмотря на то, что Стейнбек открытым текстом спойлерил и выплескивал на нас весь тот сумбур, который бродил в голове нашего довольно заурядного героя. Он похож на те сотни и тысячи людей, которых мы встречаем ежедневно - в магазинах, на заправках, в поездах и автобусах. Он может постучать к нам в дверь, может присесть рядышком с нами на свободное место в транспорте... А мы и не увидим, что творится в его голове и в его сердце. Внешне он - один из миллионов. В душе... В душе его может пылать пожар, который может сжечь не только его, но и окружающих. И в то же время Итен неоднозначен. Его можно понять - стремление к лучшей жизни никогда не было чуждо человеку, у которого не атрофированы инстинкты самосохранения. На сделки со своей совестью мы тоже порой идем, кто-то чаще, кто-то реже, кто-то по мелочи, а кто-то по крупному. Он в целом хороший человек - семьянин, который заботится о будущем детей. Но в то же самое время Итен способен на подлость, страшную, бьющую в спину. И все это, круто замешанное Стейнбеком в одном котелке, варится только ради того, чтобы в один прекрасный момент взорваться.

Книга хороша и по прежнему актуальна. Да и будет оставаться таковой еще много лет - навряд ли британским ученым удастся найти рецепт, как снизить важность презренного желтого металла в жизни рядовых обитателей Земли. Стейнбек заставляет задуматься о том, как бы ты поступил на месте Итена - пошел бы на сделку с совестью или предпочел бы остаться у старого и хорошо знакомого разбитого корыта, зато с чистым сердцем. И, наверное, моя оценка 4 - это оценка не Стейнбеку, а мне лично. Потому что я слишком долго думала над этим вопросом, и так и не смогла принять однозначного решения, которое изо всех сил подталкивала мне идеалистическая девочка в розовых очках.

Must read.

Я так долго собиралась прочесть, всё же классика жанра, да и "О мышах и людях" Стейнбека мне когда-то очень понравился. Но вот как-то не шло и всё тут, всё же с интуицией у меня отличные отношения.

История семьи Джоудов отражает историю Америки эпохи Великой Депрессии. Тяжело читается и не только от того, что сама идея романа тяжёлая, кому понравится о дошедших до точки сборки людях, которых до последней черты довели нужда, голод и вынужденное переселение. На Запад едут фермеры из центральных штатов, в погоне за лучшей жизнью да и потому что их согнали с их земли, но чем ближе вожделенная Калифорния, тем яснее то, что там эти люди никому не нужны, что работа там есть только за сущие копейки, а желающих работать за бесценок - толпы, потому что люди в отчаянье. Другими словами, спрос на рабочую силу превышает предложение. Всё это очень-очень тяжело.

Особенно поразил момент, когда дед отказывается покинуть родную землю, его хитростью увозят, но в дороге он умирает, а семья вынуждена похоронить его как если бы они прятали тело, не почтили память покойника настоящей могилой, как это обычно принято у цивилизованных граждан. А ведь семейство было набожным! Но только речь разуверившегося в вере уже не священника Кейси была прощальным словом.

Вообще очень сильно, и зацепило, и финал мощный, но так тяжело, так со скрипом читалось, просто через не могу. Может, я отвыкла от серьёзной литературы, может, не так звёзды сложились, и не хотелось бы давать отрицательную оценку. Поэтому нейтрально. Желания перечитывать пока не наблюдаю.

Сначала депрессия пожирает приятные чувства. Исчезают радость, благодарность, воодушевление, удивление. Только представьте, во что превращается жизнь без этих чувств! Остаются боль, страх, отчаяние, горе, ощущение предательства, чувство брошенности - всё то, чего мы так боимся. 

Так, по мнению психологов, чувствует себя человек. А если вся страна охвачена депрессией? Как выжить и выстоять простому человеку, лишённому поддержки государства, обманутому им?

Стейнбек поднимает такую проблему, которая сама способна вызвать депрессию. Отчуждение земледельца от земли, разорение хозяйства, потеря собственности, гибель семьи. Читать о таком трудно, болезненно, но  авторский стиль, метафоричность изложения, яркость описаний многое искупают. И читатель отправляется вместе с семьёй Джоудов  вперёд по долгой дороге за счастьем. Вперёд, оставляя за спиной то, что было дорого, чем жили.

По дороге, ведущей к мечте-миражу, к благодатной земле, к  сказочной Калифорнии много будет потерь, будут и приобретения. Словно мыльные пузыри, лопаются все мечты Джоудов, когда под колёса их грузовичка ложится километр за километром. Но что-то есть такое в Томе, матери, Томе-старшем, что позволяет им верить до последнего в лучшее будущее. Не случится.

Много  в книге о религии, о вере. И связано это не только с образом Кейси-проповедника. Вся ситуация, происходящая с Джоудами, их долготерпение, их надежды - во многом это вопросы веры. А  одна из последних сцен, когда Роза Сарона материнским молоком спасет умирающего бедняка, одна из самых сильных сцена.

Хотя нет, говорить о слабых или сильных сценах у Стейнбека нельзя. У него все сцены, весь роман сильный. Очень эмоциональный, он вызывает бурю чувств, чаще это слёзы и гнев. И да, «гроздья гнева» зреют не только в душе несчастных землевладельцев, ищущих хоть какую-то работу. Зреют они и в душе читателя, не оставляя его равнодушным.

Не понимаю претензий рецензентов относительно сложности или нудности сего произведения. Села читать его сразу после Братьев Карамазовых , и ощутила разницу - проглотила книгу в два дня. Слог простейший, в общем-то говоря.

Тянулась ручка поставить книге троечку. А то как же, такая тема! Великая депрессия, социализм, бунты... Да, по-правде говоря, не аукнулось в сердечке.
Ну вот совсем.

Пыльные бури в Оклахоме, во всю бушует Великая депрессия, а банкиры требуют назад свои деньги за выданные кредиты. Денег нет (но вы держитесь), а значит семейству Джоудов придётся покинуть родную территорию и поискать счастья где-нибудь в другом месте... Например в Калифорнии.
Тут возникает три закономерных вопроса:
Первый. Неужели Джоуды, закладывая землю, были настолько уверены в том, что злые и ужасные банкиры их не погонят взашей, как только истекут крайние сроки выплат?
Второй. Подскажите, раз что-то напечатано на листовке (например про Рай в Калифорнии), оно становится непреложной истиной?
Третий. Джоуды совсем без мозгов?

Ответ на все три вопроса один: да, Джоуды - бестолковая деревенщина.
И живите с этим.
И тут даже нет ничего плохого (почти). Если вас прельщает такая вот "народная простота". Но исключительно благодаря их собачьей вере во всё и отсутствию рациональности я не могу, слышите!, просто НЕ МОГУ им сопереживать.

В общем, после коротких сборов, всё семейство и пара знакомых, на одном (!) автомобиле, гружённом под завязку, отправляются в путешествие по исторической дороге под номером 66. Тут моё сердце почуяло повторение Террора Дэна Симмонса. Про то, как матросы тянули за собой по Арктике тонны безделушек и скарба, из какой-то дурости не решившись спасаться налегке.

Забыла упомянуть, каждые несколько страниц текста обязательно прерываются рассуждениями и фантазиями Стейнбека. Про плохие трактора, которые не чувствуют запах земли и не могут растереть её в руках. Про несчастных людей, которые как соломинки - чем больше в пучке, тем сложнее сломать. Про калифорнийские урожаи, которые никто не хочет покупать, и потому персики сжигают, а свиней закалывают, и вот это всё гниёт в земле и гниёт, пока голодные работяги пускают слюнки.
Слишком много вот этого вот всего и слишком оно всё инфантильно. Не будут люди жить дружно и помогать друг другу. Нельзя раздавать персики задаром. Это попахивает утопией. И пропагандщиной. И поведутся на это только такие же простофили как Джоуды.

Вот это большое путешествие и есть вся книга. Стейнбек временами жестит с событиями, особенно последние сцены выглядят... кхем... мерзковастенько.

Очень было смешно читать о том, как Джоуды "голодают". Хочешь пробухать последние баксы - держи, Джон, возьми пару бутылок вискаря. Картошечка каждый день, котлеточки. А на завтрак только кофе с сахаром и лепёшки, ну ужас просто! Американцы что, действительно, никакую крупу за съедобное не считают? Я думала, это всё враки.
Да даже если и впрямь голодают. Иди подстрели утку, ружьё-то всю дорогу с вами было! Унеси мешок муки хоть. Да даже растения в лесу можно найти съедобные, коренья! Нет, сидим, сложив ручки, каемся в грешках и ждём, когда Хозяин работки подкинет (центиков за 10 в час). Тьфу, аж бесит.

Единственным голосом рассудка здесь оказалась мать семейства (та, которая пичкала всех мясом каждый день). Ибо как только "мущины", этот ваш костяк, главари семейства и надёжные опоры, столкнулись с первыми серьёзными трудностями, тотчас же опустили руки и только курили папироску, одну за одной, переговариваясь ни о чём в этих ваших "мужицких собраниях". Если бы не мать, они все подохли бы как шакалы. А она ещё разглагольствует о том, что, дескать, нормальный мужик должен бабу бить и "на место ставить", а то он "не мужик". Ужасно. Возможно здесь Стейнбеком заложена доля иронии, но выглядит очень не хорошо.
На фоне такого даже бывший зэк Том, который не может остановиться и просто не убивать людей, и двое младших детей, ведущих себя как дикие зверята, не затмевают ничтожности и трусости папаши.

Вывод
Очень хочется лепёшек со шкварками жаренных на топлёном сале.
А книга не понравилась.

Джон Стейнбек
«Зима тревоги нашей»

К лжебогу идут с дарами послы,
Всё покупается, всё продаётся,
Всё меньше света в душе остаётся.

Иногда, начиная читать последнюю книгу автора, можно предположить, что это будет magnum opus, итог писательского пути, в который писатель вложит чуть ли не все идеи и мысли, которые были высказаны им в течение предыдущих писательских лет. Мне очень хотелось, чтобы так оно и было, хотя понимание масштабов прочитанных «Гроздьев гнева» и непрочитанного [пока] «К востоку от Эдема» набатом било в голове: не-а. Да и своим объёмом завершающая творчество книга не сулила моим надеждам ничего хорошего. Позитива добавляла мысль, что я просто прочту добротно написанный роман одного из любимых писателей (и не только американских). Автор опытный, матёрый, многое повидал, есть что сказать, о чём написать. Настроился я, значит, на глубокомысленное и пронзительное чтение. Что ж… Всё-таки не могу себя не похвалить за то, что выбрал для чтения старый перевод. Новый интуитивно, после первых абзацев вызвал отторжение. Лучше бы, конечно, ознакомиться с оригиналом. Но что есть, то есть.

История одного благоверного семьянина начинается тихо, мерно. Размеренно. Вся его жизнь протекает в небольшом прибрежном городе. Потомок некогда богатого рода, который промышлял забоем китов, вынужден (?) работать продавцом в продуктовой лавке. Это занятие он не считает чем-то зазорным для себя. Правда на небольшое жалование он особо не может «разгуляться», приходится ему совместно с женой считать каждый цент. Не сказать, что такое положение вещей сильно его гложет, но нет-нет, да и проскальзывает в его голове мыслишка, что неплохо бы найти способ повысить своё благосостояние. И хотя род разорил не он — отец, его не особо удручает факт нынешнего не особо привилегированного положения в обществе. Но что будет с детьми? Кем они будут? Кто с ними будет считаться? Да ещё телевизор сам себя не купит, мотоцикл для сына сам собой не окажется во дворе, жена сама себя не отвезёт отдохнуть в небольшой отпуск… Жена главного героя. Она мне показалась не до конца раскрытым персонажем, чего-то мне хватило. Автор пытался обрисовать её историю, её внешность, её характер. У него плохо вышло. Постоянно раздражали «прозвища», которыми наделял муж жену. Пусть и по любви, пускай с его стороны это был элемент нежности и доброты. Хотя описания того, мило она спит, посапывая еле слышно, и с какой трогательностью наблюдал за ней в эти мгновения муж, главный герой этого книжного томика, вызывали взволнованность и трепет. Ведь думы его в такие моменты не всегда были светлые и позитивные. Вообще снам и ночи Стейнбек уделил весомое внимание. Ночь — это особое время суток, когда многое раскрывается по-иному.

Да и вообще женских действующих героинь крайне мало в книге. Обе (ну ладно, есть девочка-подросток — дочь главного героя) они какие-то не живые что ли. Как и главный герой. Картонки, блин. Джону Стейнбеку совершенно не удалось меня ими заинтересовать, убедить в том, что они стоят переживания (не говоря уже о сопереживании). Была ещё одна — кроме жены Хоули — дамочка бальзаковского возраста по имени Марджи Янг-Хант, постоянно молодящаяся, гадалка, которая жила на деньги, присылаемые ей первым мужем. Прохиндейка. Содержанка. Работать не желает, второй муж отбросил коньки, первый тоже близок к концу. Что делать? Как быть? Живёт беспорядочной половой жизнью. Зачем она на страницах книги? Для чего? Чтобы что? Невнятный персонаж. Второстепенные мужские выписаны чуть лучше. Но опять же, это не заслуга автора. Просто-напросто эти типажи уже встречались в других романах: банкир, банкирский служащий, делец-макаронник, городской пьянчуга — все знакомые лица. Они сами предстают перед глазами. Можно, можно было копнуть поглубже, написав очередной «кирпич». И, думается, он хотел, но не смог. Элементарно не смог. Устал. И скомканный конец об этом говорит ненавязчивым шёпотом. Вот и не вышло у меня проникнуться в должной мере ни романом в целом, ни героями в частности.

Джон Стейнбек, как мне кажется, хотел в своём последнем романе в очередной раз донести до нас пагубность мира человеческих отношений, в которых главенствующую роль занимают деньги. Критика капитализма налицо. Автор подразумевает, что нет у него «человеческого» лица, что он бездушен и пагубен. И не важно, местный ты или приезжий из-за океана — сломает и изуродует каждого. Жить по законам джунглей, покориться цинизму или сохранить в себе «человечность» и не утратить доброту вместе с эмпатией — это каждый решает для себя сам. Но не буду «обвинять» или «осуждать» людей, которые вступают на тёмный путь. Нельзя сбрасывать со счётов систему, которую построил не один конкретный человек, вынужденный приспосабливаться так, как может. Неплохо иметь достаток, ещё лучше иметь солидный достаток. Как говорится: денег много не бывает. Но ставить на кон всё остальное, всецело подчиняться только им и их заработку? Ну не знаю. Дилемма, на которую нет однозначного ответа. Кому что ближе. Моральные ценности бьются его величеством Капиталом? Или всё же нет? Кто правит бал — циничные и беспринципные или добрые и отзывчивые? Внешний лоск, Закон? Провернуть грязное дельце и остаться чистеньким, потому что ничего не доказано — это ли не идеал, не к этому ли надо стремиться? Хоули-младший, например, точно знает ответ.

Я уже написал, роман начинается с описания жизни и каждодневного быта мистера Хоули, его рутины в доме и лавке. Автор уделяет немалое внимание — не только вначале, но и далее, — его вечернему досугу, ходу его мыслей, рассуждений и воспоминаний. Втягиваешься в текст моментально. Действия, поступки, блуждания нашего падающего в бездну героя (по мнению писателя) в тёмное время суток по городу, мимолётные разговоры со встреченными знакомыми — всё это читается с интересом и погружённостью в происходящее. Они сопровождают читающих по всему тексту. Из них складывается общая картина происходящего. Но она размыта, не хватает детализации, психологизма, мотивации поступков. Мотивация. О-о-о, с этим связана чуть ли не главная проблема этого романа. Как там говорил Станиславский?! Н-е в-е-р-ю. Перерождение мистера Хоули из не вполне амбициозного лавочника, уже однажды обжёгшись, в акулу бизнеса, который готов пойти на любую низость, не вышло у автора прописать должным образом. Вообще никаким образом не получилось. Был вначале добродушным балагуром-весельчаком. А далее… Да, автор как будто специально вбрасывает, вкладывает — потому что так надо для сюжета и мотивов, — все эти капиталистические нарративы, принципы бытия этого жестокого мира, основы которых можно позаимствовать из текста музыкальной композиции, упомянутой в эпиграфе:

— в уста чуть ли не всех людей, окружающих центрального персонажа. Даже детей-подростков. Тем 13-14 лет, а они уже только о деньгах и славе думают, они уже весьма меркантильны и беспощадны к окружающим. Схитрить, обмануть, через голову переступить — за милую душу, раз плюнуть. Вот этот нарочито кричащий и нагло выпирающий способ выбесил. Это было сделано настолько топорно, что аж тошнило. Все разом, все скопом, будто сговорившись, начали лить в уши мистеру Хоули одно и то же под разным соусом, приправляя всевозможными специями и ухищрениями. Ну да, ну да… А раньше чего? Он этого не знал и не понимал? Я бы ещё понял и принял, если б он сам додумался до того, что он стал делать во второй части романа. Например, так жить больше нельзя, я старался, я пытался, но… А финальный твист… Ну это вообще за гранью. Когда провернул делишки, чтобы улучшить материальное положение своё и семьи, ты решаешься уподобиться Мартину Идену. Логика (возникло желание матерно выругаться и я «буркнул себе под нос короткое злое слово») вышла из чата. Каких-то угрызений совести, душевных метаний и терзаний не заметил я, если исходить из текста. Это вам не Раскольников у Фёдора Михайловича. Где психологизм? Где детально проработанный внутренний мир человека? Н-е в-е-р-ю! То ты «хладнокровная акула» в одной главе, то «теплокровная амёба» в другой. То ты переживаешь за друга и семью, то ты абсолютно равнодушен ко всему и всем. WTF!? Допускаю, что человек мог — в обоих случаях — поддаться сиюминутному желанию, сиюминутной слабости. Почему? Потому по характеру такой. Гуманитарий. Душа, склонная к рефлексии. И в принципе, тихое место, непыльная работа его устраивала. Ему бы средств для жизни чутка побольше, заработную плату повыше. Не всем судьба «благоволит» появиться на свет Фрэнком Каупервудом a. k. a. Финансист a. k. a. Титан a. k. a. Стоик. Не каждый рождается бездушным финансовым воротилой. И путь мистера Хоули это только подтверждает. Что делает Фрэнк после первой своей неудачи? И что делает Итан Хоули? Во-о-о-от.

Неимоверно понравилось и зацепило, как Стейнбек начинал главы. Написанные слова посвящались обдумыванию общечеловеческих тем, проблем, семейных отношений между женой и мужем и родителями и детьми, природы людей, жизни и истории маленьких городков. Это увлекало. Это находило созвучие с моим внутренним «я». Это откликалось в душе. Всё, что есть наша жизнь, всё её наполнение во всём многообразии — было, так или иначе, вынесено на обсуждение автором. Но порой случалось лично мне запутаться, автор это говорит или главный герой. Да в принципе всё равно. Главное — текст в эти прекрасные мгновения чтения непосредственно делал свою работу: стимулировал шестерёнки вертеться. Писатель представил своего последнего героя начитанным интеллектуалом, получившим достойное образование, которому не чужд мыслительный процесс. Тем более, что он побывал на войне, видел смерть. А это, как вы понимаете, тоже своего рода способствует философствованию и рефлексии. Юмор, тонкая ирония не обошли стороной этого человека умственного труда, чья деятельность посвящена труду физическому (ну да, не в полной мере, конечно же). Умиляли «разговоры» мистера Хоули со своими «подчинёнными», а именно продукцией продуктовой лавки. Это прямо отдушина для него. Друзья, которые всегда выслушают, поймут и примут. В его общении с женой и детьми должной гармонии я не почувствовал. Жаль. Тема разложения и распада семьи из-за недостатка денежных средств автором не проработана от слова «совсем». И эти намёки, что его начинающая оформляться в женщину тринадцатилетняя дочь может быть уже не совсем невинна. какие-то мыслишки посещают его иногда нездоровые, как-то поглядывает он на неё странно. В некоторые моменты мне грешным делом думалось, что дружить с консервными банками, метлой и котом, с неугасаемой настойчивостью норовившим каждое утро проскользнуть в бакалейную лавку, получалось лучше. Они с лёгкостью могли найти общий язык друг с другом. То ли дело люди, натуры двойственные, лицемерные… И зачастую недосказанные. Как данный роман. Ах да, Шекспир! Куда же без него!?

С этой книги для меня начался Лайвлиб. Осенью 2014-го года прослушала аудиокнигу в исполнении Владимира Левашёва и так впечатлилась апельсинами под керосином, что впервые в жизни полезла в сеть искать чужое мнение о книге. А в сети наткнулась на сайт, и понеслось.
Этим летом запланировала переслушать аудиокнигу в том же исполнении, и план удался. Переслушивала в память об отличном чтеце. Нашла кучу не замеченных ранее оттенков исполнения и сюжетных поворотов.
Как и многие великолепные исполнители аудиокниг, Владимир наделил основных героев характерными оттенками голоса, у некоторых лёгкое искажение речи, у некоторых - изменение темпа. При перечитывании заметила особенность диалогов книги: однообразие речевых глаголов. Фермеры не восклицают, не возмущаются, не негодуют или кричат - постоянное "сказал" и "ответил". Параллельно со мной, но только в оригинале роман читает Катя moorigan . В совместных обсуждениях обнаружили, что переводчица решила исключить из текста просторечия или не приспосабливать их для русскоязычного читателя. Все фермеры разговаривают примерно одинаково, ровно так.
Ещё в этот раз меня жутко раздражало нытьё поколения детей семейства Джоудов. Семья держится исключительно на материнских понуканиях. Такое ощущение, что эгоистичной дуре Руфи не двенадцать, а пять лет. И ходит она по свету с закрытыми глазами и зажатыми ушами. Уинфилд младше неё, но косячит заметно меньше. И память у неё дырявая, через пару часов напрочь забывает о своём самом большом косяке пробалтывания. Весь месяц, пока взрослые мечутся в поисках работы, уже не маленькие дети играют в правительственном лагере. Как бы зима скоро. Никаких запасов не делается. Со степной или субтропической растительностью я знакома мало, но можно же было не жить одним крокетом и жалобами, а позаботиться о дарах дикой природы: засушить что-нибудь, рыбы наловить, траву какую-нибудь заваривать, сэкономив на кофе. У деревенских детей будто руки не из того места растут, сообразиловка отключена напрочь, а роды животных, к примеру, они ни разу не видели. Короче, недоразвитые какие-то для детей своего времени, не взрослеющие в скитаниях и нужде.
Бурчу в основном из-за рассказов Астафьева и недавно прочитанных повестей Николая Никонова. Оба будущих писателя жили в те же 30-е годы, тоже небогато, один в деревне, другой - в слободе. Вот у них описана масса способов прокормиться младшим школьникам и дошкольникам 1930-х годов с кучей свободного времени. Собирательство, рыболовство, охоту силками и на крайний случай воровство никто не отменял, за Руфью бы точно не заржавело ради себя любимой.
Удивила и капризность бабки с дедом. Упустила их точный возраст, но в начале романа они ещё не в сильном маразме. Левашёв отличился, озвучивая обоих стариков тааакими противнющими голосами.
Ещё при первом прочтении удивило отталкивающее описание новопротестантских молений. Это беснования какие-то или в хорошем расположении духа дискотека нерадостная.

От такого описания у меня картинка смущающая воображается, отнюдь не похожая на богослужения или африканские танцы от избытка чувств.
И тогда же при первом прочтении США стала ассоциироваться у меня с кочевой страной автодорог, потом Керуак и Пёрсиг укрепили ассоциацию. Слишком легко рукастые мужчины Джоудов забивали на семью и слишком часто угрожали уйти. Выбора не оставалось только отцу. Кстати, бабка, дед, отец и мать так и остались исключительно со степенью родства. Имя деда называется только после его смерти, а бабка и этого не удостаивается.
Прочесть роман можно по-разному. Нечётные, чаще всего короткие главы - это авторские рассуждения, разъяснения реалий и отдельные зарисовки. Чётные длинные главы - это сюжет о Джоудах. Можно выбрать при перечитывании отдельные линии.
Ещё отмечу полное равнодушие фермеров к животным и индейцам, у которых они отнимали землю. Раз у недавно освоившего авто водилы есть четыре колеса, надо давить всё живое, выбегающее на шоссе, часто специально поворачивать или преследовать. Предупреждаю страдающих от гибели животных под колёсами. А об индейцах отношение "так им и надо" и пострелять в индейцев - это развлечение и потеха молодецкая.
Один из Джоудов перед переселением досрочно вышел из тюрьмы, но особо о ней не распространялся. Он же и оказался среди поколения детей Джоудов самым вменяемым и просто думающим наперёд.
Рада была переслушать книгу. Обязательно расширю своё знакомство с творчеством Стейнбека, а то прочитаны кроме "Гроздьев гнева" только два рассказа или коротких повести.
P.S. Продолжаю думать над ситуацией романа. Это своеобразное раскулачивание наоборот или укрупнение хозяйств, но в частные руки. Свои же граждане брошены на произвол судьбы. Стейнбек повествование на выдохе оставляет. Как-то больше книг на эту тему мне не попадалось. Что же потом было с разорившимися фермерами? Явно не все оставались в Калифорнии. Хотя сейчас этот штат по густонаселённости в первых строках рейтинга.

Эта книга о жизни во времена Великой депрессии, которая случилась в США после мирового экономического кризиса, 30-е годы. Роман повествует нам о многочисленной семье Джоудов, на долю которых выпало это тяжкое время! Вместе с ними мы снимемся с родного места, покинем родные места в поисках лучшей жизни. Нужда погонит их в Калифорнию, куда всех вот таких вот, оставшихся без своей земли, фермеров приглашают для уборки урожая фруктов, обещая хорошую, сытную жизнь. Но таких семей, как наши ГГ, много тысяч и на всех работы, конечно, не хватает! А детей кормить надо, и жить где-то надо.. И вся книга, словно горячий призыв автора - не терпеть, объединиться, восстать против этой системы, при которой на глазах голодных людей уничтожают фрукты, режут свиней, закапывают всё это в землю, обливают керосином, только чтобы этим оки ничего не досталось, чтобы они оставались голодными и были согласны работать за любую оплату труда! Все тяжести их существования автор хорошо показал, страшно просто от того, что подобное может повториться! Когда нет земли, дома, еды, когда всё зависит не от того, насколько ты хорошо работаешь, а от того, насколько ты опередишь других таких же нуждающихся в получении кратковременной работы, то гнев несомненно будет зарождаться в душах этих обездоленных людей! Из работящих фермеров их выставляют какими-то грязными бродягами и относятся к ним соответственно... Мне было интересно почитать про эти времена, но... я в первый раз встречаю такую подачу материала! Стейнбек меня озадачил своим многократным повторением одной и той же мысли!! Она звучит от его лица, она слетает с уст практически всех героев, она обозначена просто в эпизодах! Серьёзно, высказывания и мысли повторяются просто с какой-то маниакальной цикличностью! 100500 раз читателю уже понятно, что до нас хочет донести автор, но мы читаем об этом снова и снова... Нет слов просто... А у автора их хватает с лихвой) ГГ тоже были странными для меня, в том плане, что я не увидела особых изменений после таких-то лишений и крутых поворотов в жизни! Вот взять, к примеру, недавно прочитанную мною книгу «Ленька Пантелеев» Леонид Пантелеев - там ведь тоже про жизнь мальчика, который хлебнул горя в смутное для России время, но мы видим, как он, благодаря всем этим лишениям, взрослеет! Здесь же дети, как дрались между собой и с другими, так и в конце книги продолжают это делать! Как нарушали запреты изначально, так и в финале. Постоянно достают свою бедную маму, когда она их приструнит, начинают ныть. В общем, мне странно такое читать, казалось бы в тяжёлые времена дети, как наиболее чуткие, должны были в первую очередь проникнуться ситуацией и помогать старшим в меру своих сил! И дядя Джон, который о чём бы с ним не заговаривали, постоянно твердил только об одном - своём давнем грехе, всю книгу только о нём! Короче, мне понравилась сама суть книги - о том, как люди выживали в годы депрессии, но совершенно выбила из колеи подача автора! Хочу теперь что-нибудь небольшое почитать у Стейнбека, чтобы понять, у него везде такая манера письма?!

В школе мне не повезло с историей - за отсутствием историка, ее преподавал нам директор школы. Процесс этот выглядел так: новую тему Афанасий Петрович читал из учебника, не поднимая глаз, а во время опроса мы ему читали из учебника домашнее задание, а наш учитель также скромно не смотрел на отвечающего. То есть, достаточно было уметь хорошо читать, чтобы получать хорошие оценки. Кроме того, у него была масса своих директорских дел, так что он мог оставлять нас одних в классе и уходить.
Но веду я речь о конкретной исторической теме - Великой депрессии в Америке. Я не смогла своим умом понять, как такое могло случиться - экономика в расцвете, промышленность выпускает всякую сельскохозяйственную технику, урожай выдался отменный, а в стране голод и безработица? Как можно уничтожать урожай, забивать скот, ведь достаточно раздать его нуждающимся и все будет хорошо. Ох, наверное, так бы и умерла неучем, если бы не Стейнбек. Сейчас при словах "Великая депрессия" перед моим взором встает картина жизни, вернее выживания и скитаний, семьи Джоудов, которым пришлось оставить свой дом в Оклахоме и отправиться с тысячами таких же семей в Калифорнию на поиски работы и лучшей жизни, доверившись листовкам и призывам.
Книгу читала сравнительно давно, но до сих пор тяжело вспоминать все те ужасы, которые пережили скитальцы. Это было путешествие в ад и не каждый смог пережить его. Первым умер дедушка (наверное, от сердечного приступа, ведь тяжелее всего оставлять родную землю именно старикам), не намного пережила его и бабушка, она на смогла пересечь пустыню, так и не увидела цветущей и плодоносящей Калифорнии. У реки Колорадо, даже не добравшись до пустыни, оставляет семью старший сын Ной с уверенностью, что у реки всегда можно прокормиться. Хотелось бы верить, что хоть у него все сложиться хорошо. Только хорошему нет места в этой книге. Плодородная страна враждебно встречает толпы голодных кочевников: слишком много желающих найти работу, соглашаясь на низкую оплату, Джоуды оказываются в роли штрейкбрехеров, от недоедания заболевает десятилетний Уинфилд, Роза Сарона рожает мёртвого ребёнка, река выходит из берегов...
Вместе с семьей Джоудов на поиски лучшей жизни отправился Джим Кейси, бывший проповедник. Наблюдая за бесконечными страданиями народа, согласного на любую работу и унижения из-за куска хлеба, он не смог молча переносить несправедливость и попытался поднять людей на забастовку против нечеловеческих условий труда, но был убит. Свидетелем убийства стал Том Джоуд, который дал отпор нападающему. А так как Том уже был судим, да и сам пострадал в стычке, ему приходится скрываться, но и в его душе уже созрели "гроздья гнева" и он готов продолжить борьбу Джима Кейси...