Видите ли, Квангель, разумеется, было бы в сто раз лучше, если бы нашёлся человек, который говорил бы нам: вы должны поступать так-то и так-то, у нас такой-то и такой-то план. Но будь в Германии такой человек, тридцать третьего года никогда бы не случилось. Вот нам всем и пришлось действовать в одиночку, и переловили нас поодиночке, и умереть каждому тоже придётся в одиночку. Но мы ведь всё равно не одиноки, Квангель, и умрём всё равно не напрасно. В этом мире ничто не происходит напрасно, а поскольку мы боремся за правое дело против грубой силы, то победа в итоге всё равно будет за нами.