Бабушка Солженицына поет новую версию "Марсельезы" под балалайку.
Французы невероятно кичатся этим произведением Андре Бретона, которое постоянно включают во всякие списки лучших книг. Нам же, судя по всему, должно льстить, что речь в нем о сумасшедшей соотечественнице. На каком-то этапе чтения я понял - почему речь идет о сюрреализме и что автор настойчиво пытается нам рассказать о русской. А все вроде бы просто, произведение именуется "Надя" и намеки излишни.
То, что писатель изобразил, напоминает русский дух исключительно глазами иностранца. С Нади у него начинается надежда, но не образно, а лингвистически. С таким же успехом французы начинаются с франков. Главное, впрочем, Бретон определил - оторванность девушки от реалий, но для этого не нужно было особенно мучиться, а чтобы объяснить что-то подобное, а тем паче - чтобы читатель понял, на это потребовалась львиная доля этого произведения. Русский поэт решил бы этот вопрос в полторы строфы.
Произведение объемом чуть более 70 страниц, тем не менее, читается примерно как вузовский учебник "Общей химии" при условии, что вы химию еще вовсе не изучали. Кому-то из друзей я уже пожаловался, что чтение напоминает мне роды и хотя я сам ни разу не рожал, но представляю себе этот процесс примерно так.
Давно не читал ничего более претенциозного. Начинается "Надя" со "вступления", которое занимает примерно треть книги, где Бретон посчитал своим долгом рассказать читателям о своем уровне образования. Скорее всего это у него получилось, потому что предполагаю, что основная масса читателей, а их и так было немного, на этом этапе сбежала.
Те немногие, кто доковылял до конца, уж не знаю по какой причине, я, например, исключительно из-за любопытства, которое Мисима называл самым аморальным человеческим качеством. Надя у меня ассоциируется с Марселем Прустом, которого бабушка выгнала на улицу купить молока, а сюр похож на сюр, потому что эту самую Надю писатель совершенно не понимает. Но эффект усиливается тем обстоятельством, что пишет Бретон вполне даже логично и от него несет крепким меркантилизмом, видно, что этот человек всегда знал, сколько монеток у него в левом кармане. Но все равно периодически останавливался и пересчитывал.
Фразы порою образные и красивые, не сказать, что оригинальные, скорее с претензией на это. Интернет мне тут же предложил какое-то дикое издание этой книги, чтобы "по-настоящему понять писателя" с фотографиями Парижа, а я и так понимаю - о чем речь, тем более, что в книге приводятся рисунки Нади, здесь я даже засмеялся, ибо сюр пытается доказать, что он и правда был. Обычные рисунки ребенка, а не девушки, ну, плохо рисует она, бывает. Ничего ненормального я не увидел, пусть радуются, что я рисовать не люблю.
30 понравилось
