Буквы

В часы первого смятенья, когда новая работы еще ускользала от зрения и ума, когда неостановимое предчувствие будущих совершенств не утешало, а, напротив, безжалостно било по нервам, А. И. мог день до вечера тупо слоняться по углам, часто и жадно обедать, а то еще забраться под теплый душ и тихо всхлипывать от наплыва бессмысленных переживаний.

"Как же можно в хоре петь, культуру людям нести и не знать, что композитор Верди уважал волынку как общенациональный инструмент, который, между прочим, даже далекие шотландцы считают исконно своим?"

- А у меня наследственность отягощенная, но отпечаталась исключительно на лице. А мозг не затронут! Я пока на инструментах не помешался, по две книжки в день читал!

Но только плохие дети тем и плохи, что непременно себе оправдание отыщут.

Альберт же Иванович любил весну издалека: чтоб за плечами -пресса и прочая ожидаемая корреспонденция, чтоб под ногами - педали, а за штакетником - сады насквозь в цвету, точно застывший фейерверк, точно сфотографированный на долгую память праздник.

Во-первых, конечно, руки в тысячу раз порядочней ног: они ни за что никого не раздавят, а нога — пожалуйста. Ушам и тем приятен хруст тараканьей смерти. И глазам — любопытен. Одни только руки этого вынести никак не могут. Вот они, оказывается, какие!

"Брысь, крокодил !"

Он душил ее этой любовью столько лет, и чем чаще она говорила ему: отодвинься, - тем сильнее душил.