
Бездна Голодных глаз. Витражи патриархов
Генри Лайон Олди
4,3
(96)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Я прям чувствовала, что это не мой автор. Прям с одного взгляда на аннотации.
Но игры есть игры, от них никуда не убежишь.
Я ничерта не поняла из этой книги. Можно было бы подумать, что это из-за того, что данное произведение является последней частью "Бездны голодных глаз", но нет. Каждое из них существует вполне самостоятельно, насколько мне известно.
Итак. Будут небольшие спойлеры.
Что это за дурацкий момент с видением? Они его видят, орут, несутся на него и дружно врезаются в сосны с разных сторон? Серьёзно? Что за каламбур?
В причину их смерти я вообще не въехала. Они подрались с мужиками за самогон, зажгли костёр... И сгорели в нём. Как? К чему? Зачем? Шо за бред?
У одного из гг есть жена. Она одна осталась в живых на земле. И если его сынишка ещё вспоминает порой и тоскует по матери, то Анджей вспоминает о Инге *рен знает когда! Ээээээм. А где чувства то?
А жена чо, жена не надо?
Персонажи убъюдочные просто. Куча агрессии.
Ни с того ни с сего начинают рядомстоящего крыть матом и требовать того, что им вообще-то никто не должен. Ладно требовать, но зачем такими уж матами то крыть? К чему это?
Язык у автора просто отвратителем. Вот вам их красочное сравнение:
Ни разу не видела такого противного описания мыслительного процесса. Мне аж тошно стало.
И главное всё так "понятно" написано, что я только на 50% книги поняла, что там чёртовы оборотни есть.
Концовка слита и не о чём. Просто непонятный, коряво написанный бред сивой кобылы. Я больше не желаю продливать знакомство с этим автором. Надеюсь, мы больше никогда не пересечёмся.

Генри Лайон Олди
4,3
(96)

"Я приблизился к ложу, присел подле старухи — и меня поразил запах, стоявший у смертного одра. Чистый, прохладный запах ночного озера со спящими кувшинками и серебряным плеском рыбы… Странная ассоциация, совершенно не к месту — но тогда она не показалась мне странной. Я подумал, что в таком месте в голову и должны приходить ненормальные мысли, и тут же возникло ощущение, что все мы — и я, и Талька, и Бакс, и старуха — запутались в некоей бесконечной и туманной паутине, причем совершенно неясно, кто мы — пауки, мухи или сошедшие с ума туристы и выжившая из того же ума полудохлая Яга…"
С попытки помочь умирающей старухе и начинаются неимоверные приключения Анджея, его сына Тальки и друга по кличке Бакс. А также его жены Инги, жителей окрестных хуторов и даже Неприкаянных, среди которых найдутся и Сарт, и мой любимый, по-прежнему живой бес Марцелл... Попадание в мир, где "за каждый Поступок - по морде", где расписано до мельчайших подробностей, как жить, где "рай, как побочный эффект стремления Книги к самореализации", не проходит ни просто, ни бесследно. Каждый меняется, иногда очень неожиданно.
Не буду даже пытаться пересказать сюжет, сплетённый из, скажем так, рассказов очевидцев. Сейчас будет очень корявая фраза, но мне хочется, чтобы досконально был понятен смысл: Олди - лучшие по задаванию неудобных вопросов о правде, порядочности и возможностях человеческой совести. На этом всё. Философская фантастика - жанр редкий, но ведь прекрасные алмазы тоже на дороге не валяются...
"...люди вы, и этим всё сказано, и хорошее, и разное..."

Генри Лайон Олди
4,3
(96)

"Созидающий башню сорвется.
Будет страшен стремительный лет,
И на дне мирового колодца
Он безумье свое проклянет…"
Мир, в котором слово - неудержимая могучая сила... Для визуализации - слова складываются в витражи, и не спрашивайте, как одно переходит в другое, просто в этом мире так. Используется приём книги в книге. Писатель (Мастер!!!!) пишет сказку, его жена читает её по частям. Мастер пишет не сказку, а своё бытие на другом плане реальности, сон, прошлое, всё что угодно, только не сказку. Жена, человек простой, земной, одномирный, если можно так сказать, читает именно сказку и делает простые житейские замечания, вот, мол, принцессу ты не ярко описал или там битвы описывать не научился.... Поэтому Мастеру трудно не только в "сказке", где его витражи складываются по совершенно другим правилам, но и дома, где стоило бы написать сказку повеселее...
Много стихов, на мой взгляд, изумительных. В повести есть некая незаконченность, нечто, теряющееся в лёгкой зыбке, но это её не портит.
P.S. А у меня туман рассеялся, я этой книгой завершаю Книжный вызов-2021 с цифрой 250.)))

Генри Лайон Олди
4,3
(96)

Я помню древнюю молитву Мастеров:
Храни нас, Господи, от тех учеников,
Которые хотят, чтоб наш убогий гений
Кощунственно искал все новых откровений...

- Мастер не учит плохому... Мастер не учит хорошему. Мастер - учит. И не может иначе.

От пьесы огрызочка куцего
Достаточно нам для печали,
Когда убивают Меркуцио –
То все еще только в начале.
Неведомы замыслы гения,
Ни взгляды, ни мысли, ни вкус его –
Как долго еще до трагедии,
Когда убивают Меркуцио.
Нам много на головы свалится,
Уйдем с потрясенными лицами…
А первая смерть забывается
И тихо стоит за кулисами.











