Цитаты из книги Довлатов

В Ленинграде я жутко гордился Эрмитажем. Хотя не был там лет двадцать пять. А здесь горжусь Музеем современного искусства. Даже издали его не видел, а горжусь! Видимо, это и есть патриотизм - гордиться неизвестно чем...

Владимир Герасимов:

-...Что тебя удерживает? Эрмитаж, Нева, березы? -Березы меня совершенно не волнуют. -Так что же? -Язык. На чужом языке мы теряем восемьдесят процентов своей личности. Мы утрачиваем способность шутить, иронизировать. Одно это меня в ужас приводит.

Рассказчик действует на уровне голоса и слуха. Прозаик - на уровне сердца, ума и души. Писатель - на космическом уровне. Рассказчик говорит о том, как живут люди. Прозаик - о том, как должны жить люди. Писатель - о том, ради чего люди живут.

Игорь Ефимов:

Жажда неповторимости доходила в нём до курьёзов. Например, он придумал себе такие "литературные вериги": чтобы ни в одной фразе не было у него двух слов, начинающихся на одну и ту же букву. Он уверял меня, что подобный искусственный приём помогает ему искать незатёртые слова.

"Россией, как и любой другой страной, должны управлять не русские люди, а достойные люди. В первую очередь нужно заботиться не о том, какой у правителя разрез глаз или цвет кожи, а о том, насколько он достоин своей должности."
Вера Панова

Бабушка часто говорила о том, что писать можно везде: лёжа на земле, свернувшись на раскладушке, в коридоре коммунальной квартиры, где тебя приютили. Все, что нужно, - это лист бумаги.

Я думаю, она была прирожденным корректором. У нее, если можно так выразиться, было этическое чувство правописания. Она, например, говорила про кого-то: -Знаешь, он из тех, кто пишет "вообще" через дефис... Что означало крайнюю меру нравственного падения. О человеке же пустом, легкомысленном, но симпатичном говорилось: -Так, старушонка через "е"...

Довлатов называет имена двух прославленных писателей, - каждый слыл непревзойденным рассказчиком и каждый до болезненности трудно писал свою безупречную прозу - Шервуд Андерсон и Евгений Шварц.