— Заставлять себя чувствовать, что ты уродина, — ничего в этом нет смешного.

Если долго торчать в городе, всё становится фальшивым.

— Черты, которые мы наследуем от родителей, это и есть то, что делает нас разными. Большой нос, тонкие губы, высокий лоб — все то, что отнимает у нас операция.

— Послушай, Тэлли, эти два месяца — последний шанс сделать что-нибудь действительно крутое. Побыть самыми собой. Как только нас переделают, все пропало. Юная красотка, красотка средних лет, красотка-старуха. Все. — Она опустила руки, и ее скайборд перестал уплывать от Тэлли. — Потом — мертвая красотка.

Все уродливые лица чуточку асимметричны — одна половинка обязательно не в точности повторяет другую. Поэтому морфологическая программа первым делом брала эти половинки и удваивала их, «зеркалила» ровно посередине, создавая два образца идеальной симметрии.

"Вот так теперь будет всегда. Чем добрее ко мне будут те, кого я так подвела, тем гаже будет становиться на душе."

- Я так рада тебя видеть, - проговорила Тэлли, чувствуя, как глаза заволакивает слезами.
В последнее время она постоянно ходила с красными, припухшими от слез глазами.
Перис улыбнулся.

• Я тоже рад.

Что плохого в том, чтобы наполнить общество красивыми людьми?

Двенадцать лет -этот возраст определенно служит поворотным пунктом. В двенадцать лет из умненького малыша ты вдруг становишься уродцем, переростком и недоучкой.

Быть птичкой - это, наверное, тоже нелегкий труд. Ты представь только: целый день крылышками махать!

Те, кто одинаково выглядит, и мыслят одинаково.

Не все, что блестит, позволяет парить.

- Тэлли Янгблад тоже сорняк. Только, в отличие от орхидей, сорняк уродливый. ©

“...I want those perfect eyes and lips, and for everyone to look at me and gasp. And for everyone who sees me to think Who's that? and want to get to know me, and listen to what I say."
"I'd rather have something to say.”

“Perhaps the logical conclusion of everyone looking the same is everyone thinking the same.”

Колоссальную сеть жизни поменяли на дешёвые гамбургеры.

"Не существует блестящей красоты без хотя бы малейшего отклонения от правильных пропорций".
Фрэнсис Бэкон, эссе "О красоте"