Кассандра. Медея. Летний этюд

Медея, Медея, если ты такая умная, отчего же ты такая несчастная? А кто сказал, что многие знания приносят счастья? Тот, кто сказал - жестоко обманул.

Человеку свойственно чувствовать боль, иметь инстинкт самосохранения, испытывать страх. Во имя его же блага. Мол, в случае чего должен испугаться, обратить внимание, изменить поведение. Ради сохранения жизни.

Но есть люди с иным набором инстинктов. Они испытывают потребность понимать природу, поведение и души людей, более того, не просто понимать, а любить, жить в мире с миром. Чувствуют личную ответственность за то, что бы не было беды, ни в настоящем, ни в будущем. От большого ума? Не только. Редкое сочетание ума, способности чувствовать любовь к мирозданию и условий для развития всего этого. Почему то эти качества исключают те нормальные, человеческие, как то страх, самосохранение. Почему то эти качества оцениваются другими как дерзость и гордыня. А дерзость и гордыня всегда раздражают и будто кричат: ударь меня, попробуй.

Нет, ну почему все таки эта любовь к миру неравная? Почему человек, способный дарить любовь, лечить, гармонизировать обречен на отсутствие взаимности? Может быть, потому, что демонстрирует наличие редких качеств и являет этим возвышенную красоту в единичном выражении, не предполагающей повторов и обрекающую ее носителя на одиночество? Красоту, способную вызывать восхищение. Восхищение, которым хотели бы обладать амбициозные люди, которые считают себя правителями этого мира. Восхищение, которого им не постичь в силу ограниченности понимания его же.

А может быть, другие амбициозные люди видят в ней угрозу? Ведь все таки, Медея имела власть влияния на людей. А это уже притязание на то, что те считают своим. Притом, что влияние это она не использует "как надо" и этим рушит файлы в голове всех преследователей. Им не понять ее потому что они судят по себе, а Медея иная.

Ну, хорошо. С властьимущими понятно. Но облагодетельствованные ею? Так она ведь не ради благодарности творила свое добро, нечего на нее и рассчитывать. Она в своей системе координат, они в своей.

Зачем тянуло ее в политику? В силу происхождения. Как мы недооцениваем свое происхождение... В силу призвания - царевна Медея несла бремя обязанности и права гармонизировать мир. Кто ее призвал? Мир ее просил? Нет... Она сама. Почему не сиделось ей спокойно за спиной Ясона? Могла бы лечить спокойно людей, быть уважаемым членом общества, воспитывать детей. Нет, призвание.

Мужчины. Кому по силам такой партнер? Явно, человеку неординарному самому по себе и силе своего чувства. Разве можно корить Ясона, вплетенного в эту историю не осознанно? Разве мог он дать больше чем имел? Он просто жалок... Эх, Медея, ты выбрала не того мужчину, если вообще допускать, что мужчина был тебе нужен. Но он был нужен, потому что Медея все таки женщина. Человек. Если человек, то надо было вести себя как человек..., а не как богине на грешной земле.

Грустная история на тему мифа о Медее и Ясоне. На тему зависти и интриг. На тему производства благих дел, о которых никто не просил. На тему жажды познания. На тему политики и одурманивания людей. На тему власти и удержания ее любой кровавой ценой. На тему титана, принявшего женское обличье со всеми вытекающими последствиями. На тему как тяжело быть кочевником, беженцем, пришлым и изгоем.

Я дочитала. Закончилась ежестрочная боль узнавания, познания. Каждое слово этой книги - что-то поднимает во мне, переворачивает, или - чаще - вскрывает. Самую суть каждой мысли, порыва, чувства, каждого страха и каждого счастья. Для меня это не просто "настоящая литература". Это над-литература. Это литература, которая, как Медея Глауку - спускает по канату в глубины моего "я", оставляет там одну над всеми этими завалами, жалкими кучками, тряпьяем, пыльными коробками, бессмысленными бирюльками. Но она же оставляет путь вверх - вот канат, лезь по нему вверх, возьми с собой то, что нужно. Познай себя и возрадуйся! Невероятно добрая и светлая, хотя на поверхности - мрачная, трагичная, болезненная. Однако боль этой книги - это боль вправления сустава, боль вскрытого гнойника - она приносит несравнимое ни с чем облегчение.

Когда я только начала читать, возникло ощущение что повествование от лица Медеи очень похоже на то, как я пишу в дневнике – обработанный поток сознания, но мысли все равно пляшут, сама себе задаешь вопросы, сама себя и жалеешь и понукаешь…. Однако таким же естественным, органичным были и повествоания от лица других героев - другой ритм, другие характеры - я до сих пор не верю, что писал один человек. Невозможно представить, что все эти характеры, а точнее - сознания родились в голове автора. Больше похоже на то, что она их украла, считала, да что угодно!..

Немного о характерах: насколько Ясон для меня архитипичный мужчина, так и Медея - архетип женщины, архетип меня, строки из ее дневника пронзают узнаванием, его же строки - познанием, которое уже было во мне на уровне интуиции. Психология на грани психиатрии. Спирально раскручивающееся действие, нет, даже не действие - познание ситуации.

Медея, ох, тупым предметом под дых: она живет во мне, она бродит, всплывает мыслями, переживаниями, озарениями во сне, и днем, когда бодрствую.

Удивительно мощное и правдивое повествование, с идеальным ритмом, точеными фразами, выверенное как сложный рецепт в заумной кулинарной книге, вроде тех, что всегда стоят на полке, но никогда не используются – слишком уж хлопотное дело.

Криста Вольф - первый автор, ради которого я пренебрегла своей ленью и углубилась в поиски печатного издания. Едет ко мне из Томской области, жаль не эта книга...

P.S. Простите за сумбур, я не могла сдержаться пока читала и оставляла для себя короткие записки - крик души, решила так и оставить.

Когда я была мелкой, то обожала читать всякие фантастические романы. Особенно нравились мне истории о людях, обладающих всякими паранормальными способностями: умением читать чужие мысли, брать на себя чужую боль, летать, предсказывать будущее. Тогда в голову как-то не приходило, что за всё приходится платить. Что подобные способности часто не только дар, но и проклятье. Особенно, умение видеть будущее. Это же ужас какой-то – знать, когда умрут твои родители (или хуже того, дети), знать, что страна твоя будет разрушена и разграблена, что близкие люди окажутся если не подлецами, то самовлюблёнными эгоистами. Знать, и не иметь возможности ничего изменить. Потому что всё предопределено, потому что решают боги, а ты только вещаешь, часто, когда тебе этого не хочется. В романе Кристы Вольф повествование ведётся от первого лица, но именно образ главной героини ускользает, множится, разбивается на осколки, которые очень сложно сложить в единое целое. Что движет Кассандрой? Гордость? Любопытство? Осознание собственной исключительности, от которой никуда не деться? Даже если захочешь. Она, впрочем, не хочет. Она отдаётся на волю волн и даёт им свободно себя нести. Это превращает её жизнь в трагедию. Оказывается, есть вещь более страшная, чем знание. Это осознание. Кассандра осознаёт, чего стоят люди и она сама. Она осознаёт, почему случаются те или иные события, видит, как человеческие слабости и амбиции оборачиваются горем для самих людей и их близких. А когда это слабости правителей, беды обрушиваются на вверенные им народы. Вольф, как обычно, очень тонка, а картина созданная ей многогранна. И вот уже оказывается, что внешне правитель может выглядеть ах каким молодцом, демонстрировать силу, бряцать оружием, но за этим – пустота. Страх. Обиды. Равнодушие. А в итоге – сотни и сотни загубленных жизней. Помимо всего прочего «Кассандра» – один из самых ярких антивоенных романов, которые я читала. Здесь показана изнанка и механизм войны, причём сделано это настолько объективно и отстранённо, что кровь в жилах холодеет. Одного я не понимаю: откуда у Кристы Вольф бралась эта удивительная жизненная сила: всё понимать про людей, отдавать себе отчёт, какие мерзости и глупости они творят (конечно, героиня здесь – alter ego автора) и всё-таки верить. Верить, что хоть что-то можно изменить к лучшему.