Поступь повелителя

Диего относился к «помирающим донам» с равнодушным снисхождением, объяснив Ольге, что все эти спектакли — традиционный мистралийский способ выказать даме уважение и сделать комплимент. Ответ на подобные пылкие страсти обычно не ожидается, но если вдруг дама снизойдет — ни один уважающий себя кабальеро не растеряется. Впрочем, Ольге нечего бояться, что ее неправильно поймут. В присутствии мужа всякие недопонимания исключаются. О том, как отличить возвышенные ухаживания от низменных домогательств, Ольге тоже не стоит беспокоиться. Целеустремленного нахала, рассчитывающего на легкую поживу, она быстро сможет отличить от бескорыстных товарищей по аккуратной дырочке между глаз.
Жак потешался, советовал Ольге рисовать сердечки на бицепсе по числу погубленных кавалеров и вслух удивлялся, как меняет реакцию мужчин увеличение груди всего на один размер. Ольга в очередной раз кидалась в него столовыми приборами и втайне молила всех местных богов, чтобы после родов и кормления эти едва проклюнувшиеся выпуклости не сгладились до состояния «как было».
Через пару дней ей надоели ежедневные объяснения, и она решила прикидываться, будто ничего не понимает. Извиняйте, благородные доны, дама иностранка и по-мистралийски знает всего пару слов. «Не понимаю», «нет-нет» и «муж». Этот хитрый ход не избавил Ольгу от необходимости выслушивать пылкие речи, но оказался великолепной местью насмешнику Жаку.

— Тормози, — вздохнул Жак. — Поменяемся. Заодно бензина дольем. Только учти, если что — я тебя разбужу!
— Как выглядит «если что» в твоем понимании? — насмешливо поинтересовался Мыш. Тормозил он аккуратно и так бережно, словно этот раздолбанный грузовик был хрустальным.
— Например, если запищит дозиметр или нападут дикие звери.
— Щит я лучше обновлю прямо сейчас, чтобы ты меня не будил зря, — решил волшебник. — А если нападут, попробуй просто убежать. Пока я не высплюсь после сегодняшней битвы и закрытия портала, боец из меня все равно будет неважный. Вот если на дороге появятся люди, у которых можно разжиться бензином, тогда буди.
— Вот если бы ты мне еще объяснил, как отличить людей, дарующих бензин, от людей, его отбирающих вместе со всем остальным имуществом, — проворчал Жак, перебираясь на водительское сиденье, — так тебе бы и вовсе цены не было.
— Очень просто. — Мыш беззаботно зевнул и повертелся на сиденье, устраиваясь поудобнее. — Первых не существует в природе.

День премьеры — это всегда маленький локальный конец света. Массовый психоз, безумная беготня, актеры трясутся и пьют валерьянку, ибо главный режиссер посулил изничтожить любого, кто посмеет снимать стресс иным, дедовским способом. Ученица режиссера, она же супруга Главного Злодея, мечется между мужем и наставником, пытаясь одновременно утешить обоих, и достигает абсолютно противоположного эффекта, так как утешения произносятся с истерическим повизгиванием.

=и далее по тексту в течении еще нескольких абзацах=

На маньяка ее визг оказал неожиданно целебное воздействие. Ушибленный герой вскочил на ноги, диковато озираясь, и бросился к ней. Попытка залезть повыше успеха не возымела – шкаф попался высокий, а с подтягиванием у Насти всегда были проблемы.

Одной рукой придерживая на талии спадающее полотенце, псих ухватил со стола забытую кем-то отвертку и замер. К Насте он повернулся спиной, а вот недобитый пылесос все еще вызывал у него нездоровые стремления. Только на этот раз охотничек не спешил нападать: видать, усвоил, что дичь в ответ и врезать может. Так и стоял, подобравшись, как перед прыжком, угрожающе занеся для удара отвертку и, наверное, выжидая, когда пылесос нападет первым. Судя по спине отважного охотника, которая как раз была видна во всей красе, предыдущим его противником был тостер или гриль, коварно подкравшийся сзади.

«Вот дура-то! – грустно подумала Настя, с трудом удерживаясь на своем неустойчивом прибежище. – Надо было не назад, а вперед прыгать! И рвать штекер отсюда! Как только он опять сцепится с пылесосом – прыгать и бежать!»

В таком идиотском положении и застала их Шери, вошедшая в разгар битвы с двумя пакетами в руках.