Избранное

Незаслуженно забытая, а скорее - непонятая и неузнанная... Многими, в том числе и мной.
Она не стала моим любимым поэтом - не смогла пробиться сквозь основательно устроившихся в моей душе Любимых Великих Имен. Но каждый раз, натыкаясь где-либо на ее имя, с удовольствием и легкой грустью откладываю всё и читаю, читаю, читаю ее стихи... Некоторые строки - ложатся на сердце как собственные...

О сердце человечье, ты все в кровоподтеках,
Не мучься, не терзайся, отдохни!
Ты свыкнешься с увечьем, все дело только в сроках,
А как тепло на солнце и легко в тени!
Не мучься, не терзайся, родное, дорогое,
Не мучься, не терзайся, отдохни!
Увечья не излечит мгновение покоя,
Но как тепло на солнце и как легко в тени!

Одна на свете благодать -
Отдать себя, забыть, отдать
И уничтожиться бесследно.
Один на свете путь победный -
Жить как бегущая вода:
Светла, беспечна, молода,
Она теснит волну волною
И пребывает без труда
Все той же и всегда иною,
Животворящею всегда.

А вот за эти строки очень уважаю автора:

Одно мне хочется сказать поэтам:
Умейте домолчаться до стихов.
Не пишется? Подумайте об этом,
Без оправданий, без обиняков.
Но, дознаваясь до жестокой сути
Жестокого молчанья своего,
О прямодушии не позабудьте,
И главное - не бойтесь ничего.

Мария Петровых – потрясающий поэт. В первый раз я услышала её стихи на вечере поэзии в физматшколе. Я искала её книги, но их было нелегко найти. Но годы спустя, на книжной барахолке я увидела заветный томик.

Сама о себе поэтесса пишет:
Ни ахматовской кротости,
Ни цветаевской ярости —
Поначалу от робости,
А позднее от старости.

Так чем же покоряет Мария Петровых? Пронзительностью. И огромной эмоциональной силой своих строк. Я воспринимала ее строки о любви так, как будто они мои. Я читала и осознавала, это - о моих чувствах, о моей боли, о моей нежности, о моем отчаянии и моём желании:

Не взыщи, мои признанья грубы,
Ведь они под стать моей судьбе.
У меня пересыхают губы
От одной лишь мысли о тебе.

Поэт присоединяется к читателю, благодаря умению воспринимать и точно выражать чувства, а потом ведёт за собой к другому взгляду даже на самую отчаянную ситуацию:

А воздух? Он с тобой до гроба,
Суровый или голубой,
Вы счастливы на зависть оба, —
Ты дышишь им, а он тобой.


Именно о такой лирике Семен Кирсанов когда-то написал:
Пусть она беду чужую, тяжесть всех забот, муку самую большую на себя возьмет. И поправит, и поставит ногу на порог, и подняться в жизнь заставит лестничками строк.

Лестнички строк Марии Петровых позволяют снова «подняться в жизнь». Это правда.