Ай-ай и я. Юбилей ковчега

Ай-ай – одно из уникальнейших животных нашей планеты, эндемик острова Мадагаскар. Из-за путаницы анатомических признаков учёные долго не могли причислить это удивительное существо к какому-то одному виду, но в конечном итоге всё же решили записать его к лемурам, в отдельное семейство мадагаскарских руконожек.

Зная о том, что редкий зверёк находится под угрозой вымирания, в 1990-м Джеральд Даррелл организовывает экспедицию на Мадагаскар, чтобы раздобыть несколько экземпляров этого исчезающего вида. Его цель – иметь какое-то количество животных "про запас" на тот случай, если этот вид совсем исчезнет в дикой природе. Его опасения не напрасны: на тот момент мадагаскарцы беспрепятственно вырубали и сжигали огромные лесные территории под посевы, совершенно игнорируя факт нанесения непоправимого урона уникальной экосистеме.

Надо сказать, мистический зверёк вовсе не хотел быть пойманым, и группе охотников пришлось приложить немало усилий, чтобы выследить неуловимую руконожку. Местные жители издавна приписывали ай-ай магические свойства и не очень-то желали навлечь на себя беду, поэтому поиски несколько затянулись. Что, конечно же, нисколько не помешало членам экспедиции параллельно наблюдать за другими уникальными обитателями Мадагаскара и их поведением в естественной среде обитания. С присущей ему трогательной любовью ко всему живому Даррелл рассказывает о кротких лемурах-маки, плоской черепахе из Мурундавы, гигантской прыгающей крысе, мстительном галидии мунго, огромной мадагаскарской кошке фосса, симатичных попугаях-ваза и других созданиях, населяющих остров.

В свободное от ловли ай-ай и изучением редких видов мадагаскарского ареала время Даррелл, его коллеги и друзья отнюдь не сидят, сложа руки. Местные жители и их образ жизни интересует участников экспедиции ничуть не меньше, чем повадки животных. С неизменным чувством юмора и изрядной долей самоиронии Даррелл делится своими впечатлениями от общения с малагасийцами, о трудностях изучения неудобоваримого для европейского слуха малагасийского языка, о "дипломатических" конфузах, о непредсказуемых последствиях от взаимодействия с местной кухней и о посещениях традиционного рынка Зума, где можно отведать такие деликатесы, как, например, варёные губы зебу

Рядом находился чан с особым деликатесом — вареными губами зебу, с которых снята кожа. Губы были прозрачные и студенистые, подрагивали, словно грязные лягушачьи лапы; кое-где торчали волоски, которые забыли удалить.

Путешествие на Мадагаскар оказалось последним экспедиционным походом Даррелла. Несмотря на бодрый дух повествования, в книге проскальзывают грустные нотки. Чувствуется, что шестидесятипятилетнему учёному, страдающему от артритных болей, уже непросто даются активные перемещения, физические нагрузки и отсутствие комфортных условий. Но ещё целых пять лет Даррелл продолжит заниматься любимым делом, возиться со своими питомцами и делиться со всеми желающими своим заразительным оптимизмом. Милаха ай-ай

"Мадагаскар — остров, полный магии и всевозможных табу..." Именно сюда направляется очередная экспедиция Джералда Даррелла. Одной из задач Джерсийского треста охраны диких животных является отлов и содержание в зоопарке редких особей: "на случай, если этот вид совсем исчезнет в дикой природе, у нас должен быть запас этих животных, которых можно будет выпустить в их естественную среду обитания". Удивительный и загадочный зверёк ай-ай оказался под угрозой исчезновения.

В планы спасательной экспедиции к основному пункту "восточный регион Мананары", где велись поиски неуловимых ай-ай были добавлены леса близ Мурундавы на западе - место обитания плоской черепахи и гигантской прыгающей крысы и озеро Алаотра, где "скрывался в камышах миниатюрный и скромный, кроткий лемур". Джералд Даррелл не ограничивается рассказами об основных поисковых экземплярах и знакомит читателя со множеством летающих, ползающих, плавающих тварей. Даже надоедливым кишащим мухам уделяет несколько страниц, воспевая подмикроскопическую красоту крылышек, сравнивая их изящество с витражами собора в Шартре. Книги Даррелла особенно хороши остроумными, сочными, выразительными описаниями. Он подбирает яркие образные сравнения как для внешнего вида животных (окраса, повадок, формы), так и для издаваемых звуков.

Впрочем, посмотрев на акулу-молот холодным и рациональным взглядом, убеждаешься, что это одно из самых замечательных творений изобретательницы-природы. Ее тело, по форме напоминающее торпеду, — рукоятка «молота», а странная голова — его «головка». В каждую сторону «головки» вделан глаз, а ниже — похожий на свод средневековой церкви дугообразный рот с цинично опущенными уголками, примерно как у Соммерсета Моэма в старости.

Описывая человеческие портреты, автор часто проводит сравнения с животным миром: у кого-то усы похожи на редкую бабочку, случайно присевшую на верхнюю губу, а кто-то напоминает мускусного быка...

Кроме основной темы отлова животных (сюда входит уход, питание, транспортировка и тп), Даррелл затрагивает другие интересные темы, знакомя читателей с островом и его жителями. Мы узнаём о бедственном положении сельского хозяйства - вырубка лесов под рисовые посевы повлекла за собой вымывание плодородного слоя и самое большое озеро Алаотра оказалось под угрозой исчезновения. Рассматриваем глазами писателя мальгашек, легко и грациозно переносящих грузы на голове и удивляемся многофункциональности такого предмета одежды как ламба. Пытаемся представить мальгашский язык, состоящий из "рокочуще-клокочущих и звенящих звуков - это примерно как бочка с битым стеклом катится по каменной лестнице".

Джералд Даррелл всегда рассказывает свои истории со своеобразным юмором, умея улыбнуться даже в трудных ситуациях. Показалось ли мне, что эта книга отличается от других почти неуловимым налётом грусти? Напоминания автора, что он далеко не молод и не стоило бы "пускаться в рискованные предприятия без оглядки на самочувствие", ссылки на недомогание, встречались несколько раз.

Книгу слушала в исполнении Герасимова. У Вячеслава Павловича своеобразная дикторская манера озвучивания. Слушать при нормальной скорости воспроизведения мне некомфортно, поэтому убыстряла. Грустно, что этого актёра озвучивания уже нет с нами. Захотелось почтить память...

Моё очень недавнее первое знакомство с Дарреллом бодро продолжилось и ... застопорилось. Избалованная юмором недавно прочитанной книги Джеральд Даррелл - Три билета до Эдвенчер и красотами экзотических мест, там описанных, я получила документальную историю, как создавался зоопарк Джерси и в целом природозащитная организация под названием Трест.

Большинство авторов жалуется на скудость материала. В данном случае я жалуюсь на избыток, ибо, ограниченный пространством, вынужден был обойти многое, что так хотелось бы включить.

Так написал автор в предисловии, и я плохо себе представляю, что именно он оставил за пределами книги, потому что финансовые проблемы, столкновение с бюрократией в разных концах света и даже проблемы при родах карликовых свиней описаны довольно подробно. Есть моменты весёлые, с чисто английским юмором, например, как мистер Даррелл сморозил свою стандартную шутку про цвет кормы гиббона, которой пользовался обычно при посещении зоопарка американцами, но в тот-то раз его экскурсанткой была принцесса Анна. Есть грустные: как после долгого выхаживания не все звери выживают.

А есть просто очень познавательные, за что всё-таки можно поблагодарить автора и именно эту из его книг. Я например, узнала ужасно много, по сравнению со вчерашним багажом, равным нулю, про эндемиков Мадагаскара, таких как мунго, фосс, чёрный лемур и тенрек. Не то что сами животные - три из четырёх названий мне были неизвестны. А ведь какие милашки! )))