Ваша оценкаЦитаты
robot6 марта 2011 г.С роялем – до-ре-ми – клавишным – я тоже сошлась сразу. У меня оказалась на удивительность растяжимая рука. «Пять лет, а уже почти берет октаву, чу-уточку дотянуться! – говорила мать, голосом вытягивая недостающее расстояние, и, чтобы я не возомнила: – Впрочем, у нее и ноги такие!» – вызывая у меня этими «ногами» смутный и острый соблазн когда-нибудь и ногой попытаться взять октаву (тем более что я одна из всех детей умею расставлять на ней пальцы веером!), чего, однако, никогда не посмела не только сделать, но даже додумать, ибо «рояль – святыня», и на него ничего нельзя класть, не только ног, но и книг. Газеты же мать, с каким-то высокомерным упорством мученика, ежеутренне, ни слова не говоря отцу, неизменно и невинно туда их клавшему, с рояля снимала – сметала – и, кто знает, не из этого ли сопоставления рояльной зеркальной предельной чистоты и черноты с беспорядочным и бесцветным газетным ворохом, и не из этого ли одновременно широкого и педантического материнского жеста расправы и выросла моя ничем не вытравимая, аксиомная во мне убежденность: газеты – нечисть, и вся моя к ним ненависть, и вся мне газетного мира – месть.Читать далее3166
verrett11 марта 2021 г.Читать далее— Разбойника! Потому что когда он так, как побитая собака, — поплелся — ни с чем! — она, конечно… я бы, конечно, его страшно полюбила: взяла бы его в дом, а потом бы непременно на нем женилась.
— Вышла бы за него замуж, — поправила мать. — Женятся — мужчины.
— Потому что она его и вперед любила, только она уже была замужем, как Татьяна.
— Да, но ты совершенно забыла, что он убил ее мужа, — сказала мать взволнованно, — разве можно выходить замуж за убийцу отца своих детей…
— Нет, — сказала я. — Ей бы по ночам было очень страшно, потому что тот бы стал являться к ней с отрубленной головой. И всякие звуки бы начались. И, может быть, дети бы заболели… Тогда, мама, я сама бы стала отшельником и поселилась в канаве…
— А дети? — спросила мать глубоко-глубоко. — Разве можно бросить детей?
— Ну, тогда, мама, я стала бы писать ему стихи в тетрадку.
298- Avega18 января 2012 г.
Молитва Али во время и с времён восстания:
«Спаси, Господи, и помилуй: Марину, Серёжу, Ирину, Любу, Асю, Андрюшу, офицеров и не-офицеров, русских и не-русских, французских и не-французских, раненых и не-раненых, здоровых и не-здоровых, - всех знакомых и не-знакомых».
Москва, октябрь-ноябрь 19172126 
NekrasovaAlla25 февраля 2016 г.Сваха, отмахиваясь: — И судить не хочу, и шутить не хочу. Надоела мне ваша новая жизнь! Был Николаша — были у нас хлеб да каша [“Пришли большевики — Не стало ни хлеба, ни муки”, — московская поговорка 18 г. (примеч. М. Цветаевой).], а теперь за кашей за этой — прости Господи! — как пес язык высуня 30 верст по грязи отмахиваем…
"Вольный проезд"
178
yulie_top20 августа 2015 г.Так, разница между библиотекой и картотекой: там храмом дышишь, здесь - хламом! Устрашающе-нарядные барышни (сотрудницы). В бантах и в "ботах". Разглядят - запрезирают.
***
Здесь я такая же чужая, как среди квартирантов дома, где живу пять лет, как на службе, как когда-то во всех семи русских и заграничных пансионах и гимназиях, где училась, как всегда - везде.
161
miss_O1 апреля 2011 г.Я, конечно, за равенство, --
продолжала третьеклассница, горячась, -- но только не в замужестве. Лучше за
нелюбимого царя, чем за любимого пономаря. А этот еще и нелюбимый.124
Dasherii7 октября 2020 г.Вообще с водой он был связан целиком. Во-первых, глаза: совершенная вода без ничего, кроме первого впечатления честности. Честная голубая вода. Нестерпимо-честная. На вас глядели два честных пустых места. В детстве такие глаза именуются небесными, позже - честными.
021- Dasherii7 октября 2020 г.
Молодой, если не красивый, так благообразный, именно благообразный (вообще всё, что угодно, от блага: благоприличный, благоразумный, благонамеренный, всё, всё кроме - родный, этого не было, и из-за этого-то...)
022 
fs_anna3 ноября 2018 г.Вера - привязь пущая всех цепей. Если нельзя обмануть доверяющего, то как же можно - не сомневающегося, не усумнившегося никогда?
074
