Моя жизнь с отцом Александром

Несомненный мемуар. И мемуар хороший. Не могу не сравнивать с книгой "Семья" Нина Федорова Положения семей похожи - непрошенные чужаки в чужой стране, отсутствие денег, необходимость выживания. И пусть одним было немного легче, чем другим, для меня обе ситуации невообразимо тяжелы.

Вам никогда не было интересно, как русская аристократия рассказывала о перенесенных ими трудностях эмиграции, безденежья, бесправия - практически нищеты? Нет, не что они пережили - это мы еще можем представить, а именно как они об этом рассказывают? И в книге воспоминаний Иулиания Шмеман демонстрирует нам это. Предельно доброжелательно, предельно легко, обходя саму возможность намеков на обиды или уныние. Ни слова упрека в адрес большевиков. Ни слова раздражения. Почти весело и беспечно о трудностях, с бесконечной благодарностью за имеющиеся возможности. Какие возможности? Например, получать образование в хорошем учебном заведении. Да, Александр Шмеман прогуливал физкультуру, потому что семья не в состоянии была купить ему кеды, а сама Иулиания демонстративно выбрасывала в урну обертки от шоколада, которые до этого тайком подбирала - пусть думают, что и ей присылают из дома шоколад, но они учились! Они знали, что в жизни главное и гребли против течения изо всех сил. Знаете, это все семья. Надо было еще родиться в таких семьях, где отцы и матери бесконечно любят друг друга и своих детей. Где голодают, если нет денег, где работают на любой работе (вплоть до работы горничных) жены, если у мужей не получается кормить семью, но где никогда никто не упрекает друг друга. Иулиания и Александр встречаются? Детей надо поженить! У молодой семьи вообще нет денег? Родители им дают и молодые беспечно тратят деньги на кино. Ну и что? Они прекрасная пара и должны быть женаты. Молодая жена через месяц после свадьбы, не почувствовав признаков беременности, рыдает: "Мы останемся бездетными!". Не останутся, родят троих, будут жить за городом в холодном доме, без горячей воды и будут абсолютно счастливы. Бабушки и дедушки будут бесконечно рады внукам. И ни разу никто не потребует от молодого отца отказаться от призвания священика и богослова ради более денежного занятия.

Просто представьте себя, своих родителей и своих детей в этой ситуации... Ничего не говорите! Подумайте. Читайте книгу, учитесь любви.

Книга находится на условной полке «Православная библиотека». Именно поэтому чтобы спокойно отнестись к ее содержанию, нужно учитывать несколько обстоятельств. Во-первых, книга написана по-английски (очевидно не для русской аудитории), во-вторых автор – американка (гордящаяся своим гражданством), в-третьих автор преподаватель и успешный администратор частной школы в Нью-Йорке (описывает свою жизнь как пример американской карьеры), ну и в-четвертых, автор женщина (женская проза мне лично противопоказана). И только после всех этих ограничений можно оценивать достоинства книги, автор которой супруга и в этом качестве ближайшая свидетельница жизни протопресвитера Александра Шмемана. Мое знакомство с отцом Александром началось с Дневников . Его искренность, печаль, тревога, неудовлетворенность произвели на меня сильнейшее впечатление. Парадоксальным образом, только после прочтения Дневников я узнал об о. Александре и его трудах. И также парадоксальным образом эти труды не произвели на меня никакого впечатления. Исторический путь православия довольно хороша в качестве учебника.

Книга Ульяны Шмеман, заинтересовала меня как еще один взгляд на личность о. Александра. Но, неожиданным образом, книга заставила еще раз подумать о судьбе русской аристократии в изгнании. В очередной раз ловлю себя на мысли, что эта самая аристократия за редким исключением ничего не поняла в причинах своего краха и краха страны. В своих мечтах в изгнании они мечтали о триумфальном возвращении на Родину. Очевидно, что до эмиграции они не очень тревожились о тотальной безграмотности подавляющего большинства населения, о несправедливом распределении результатов труда, о недоступности для большинства "простых людей" современной медицины. В этой книге (как и в других на эту тему) я не нашел никакой рефлексии дореволюционной аристократии о своей вине и желании все исправить в случае возвращения. Наоборот, они искренне считали себя заслуживающими исключительного отношения. В воспоминаниях Ульяны Шмеман она описывает как родители о. Александра

…постоянно искали работу и ради хлеба насущного то убирали квартиры, то нанимались на заправочные станции

Судя по всему, она искренне не понимает, что это вполне обычно для большинства людей. И еще.

Сережа покинул дом, чтобы служить своей стране во Вьетнаме, (…) Александр одобрял решение сына отправиться во Вьетнам. Он считал, что страна, которая встретила нас с таким гостеприимством и подарила нам полную свободу,— это наша страна, и теперь она находится в состоянии войны, и наш долг и обязанность – служить ей. И если это значит, что воевать пойдет наш единственный сын, то так тому и быть. Александр был настоящим патриотом и гражданином. Мы оба высоко ценили американское гражданство.

Вот это вот я никогда не могу понять! Могу понять необходимость воевать, то есть убивать других людей при самообороне, защите слабых, борьбе против всех форм насилия. Но, христианин, более того священник, одобряющий решение сына убивать людей в другой части света по совершенно непонятному поводу… Хочется надеяться, что это небольшое преувеличение автора книги и на самом деле о. Александр был менее категоричен в оценках войны.