Собрание сочинений в 11 томах. Том 4. 1964-1966 гг.

– Зачем тебе горькие истины? – сказал Ким. – Что ты с ними будешь делать? И что ты будешь делать в лесу? Плакать о мечте, которая превратилась в судьбу? Молиться, чтобы все было не так? Или, чего доброго, возьмешься переделывать то, что есть, в то, что должно быть?

- ...Вы знаете, Поль, у меня такое впечатление, что мы можем чрезвычайно много, но мы до сих пор так и не поняли, что из того, что мы можем, нам действительно нужно. Я боюсь, что мы не поняли даже, чего мы, собственно, хотим. Вы чего-нибудь хотите, Поль?
Поль вдруг ощутил усталость. И какое-то недоверие к Горбовскому. Ему показалось, что Горбовский смеется над ним.

Люди забыли слово "нельзя " и вообразили себе, будто теперь все можно.

Ничего не бери в кредит — хлопот не оберешься.

У меня есть правило: подхватывать и поддерживать любой разговор. Когда не знаешь, о чем идет речь, это даже интересно.

«Многие из вас (книг) вселяют неверие и упадок духа.… потому что лгут. Иногда лучезарно…, иногда плаксиво, но – лгут. … Такие книги никогда не сжигают и не изымают из библиотек; не было еще в истории человечества случая, чтобы ложь предавали огню».

У вас какой-то обостренный интерес к последствиям, Горбовский. У большинства людей этого нет. Большинство считает, что это не важно. Они даже могут предвидеть последствия, но это не проникает им в кровь, действуют они все равно, исходя не из последствий, а из каких-то совсем других соображений.

Кто же в этом лесу по карте ездит?

Каждый человек в чем-нибудь да гений. Надо только найти в нем это гениальное.

Вранья вообще не бывает. Всё, что выдумано, - возможно.