Цитаты из книги Vanity Fair

Нет ничего более жгучего, более обыкновенного и более извинительного, чем материнская ревность.

...так далеко зашла в своих попечениях о здоровье старой дамы, что едва не вогнала ее в гроб.

...угрызения совести - наименее действенное из моральных чувств человека: если они и пробуждаются, подавить их легче всего, а некоторым они и вовсе не знакомы.

И вот какую неоспоримую истину я выскажу: любая женщина, если она не безнадежная горбунья, при благоприятных условиях сумеет женить на себе, кого угодно.

Джордж объявил, что на Доббина нельзя долго сердиться, и великодушно простил ему обиды, которые сам же нанес без всякого к тому основания.

Жесточайшие обиды наносят женщинам те, кто больше получает от них ласки.

Мать — имя божества в устах и в сердце ребенка.

"Кто из нас счастлив в этом мире? Кто из нас получает то, чего жаждет сердце, а получив, не жаждет большего?"

Самый упорный и храбрый враг не может устоять против голода.

Всякий знает, что если женщина чего-нибудь захочет, то непременно поставит на своём.

...угрызения совести — наименее действенное из моральных чувств человека: если они и пробуждаются, подавить их легче всего, а некоторым они и вовсе не знакомы.

Быть может, и какая-нибудь наша милая читательницы заряжает осла во всю пышность и блеск своего воображения, восхищаясь его тупоумием, как мужественной простотой, преклоняясь перед его себялюбием, как перед мужественной гордостью, осматривая в его глупости величественную важность...

На Ярмарке тщеславия титул и карета четверней - игрушки более драгоценные, чем счастье.

Как возможна откровенность там, где нет сочувствия?

Честное слово, грустно смотреть на безответную любовь женщин к детям на Ярмарке Тщеславия!