"Треллисанская конфронатция".
В то время, как "Энтерпрайз" перевозит нескольких опасных преступников в колонию, экипаж принимает сигнал тревоги с одной из близлежащих планет, находящихся неподалёку от нейтральной зоны, вокруг которой окопались и клингоны, и ромуланцы. Капитан решает выяснить, что там произошло - звездолёт устремляется к нейтральной зоне вместе с заключёнными...
Сюжет, в который намешано много противоборствующих сторон, требует гораздо бОльшего мастерства в описании, чем это продемонстрировал господин Дворкин. Треллисанцы, силоны, клингоны, ромуланцы... Мне кажется, автор сам запутался в том клубке, который сплёл :D Я ожидала, что ситуация хоть как-то прояснится в финале, но и этого не произошло. О чём были трёхсторонние переговоры клингонов, ромуланцев и людей - так и осталось за кадром, мы узрели только "Энтерпрайз", на всех парах улетающий восвояси, да услышали смутные речи об очередном триумфе капитана Кирка.
Вообще, герои потрясающе проявили себя )))
Джим отправился на корабль клингонов, чтобы помогать им, только после того, как те пригрозили, что порешат Спока (которого оставили в заложниках). И при этом при первой же возможности удрал, позабыв обо всём на свете и о несчастном пленном старпоме в том числе *благо Спок удрал ещё раньше, чем удрал Джим *
Чехов решил заделаться дон-жуаном, подражая Кирку, и тут же обломался о лесбийские наклонности выбранной им дамы.
Но больше всех отжигал Маккой - в течение всей книги он так нагло показывал кукиш Первой Директиве, что ему позавидовал бы и сам главный спец в этом деле - капитан. Доктор всеми силами вносил разлад в размеренный образ жизни треллисанцев и егенотов, помогал рабам и настраивал их против хозяев, попутно копаясь в их мозгах (в прямом смысле этого выражения).
Короче говоря, мудрые федераты навели порядок на очередной планете, заодно по душам пообщавшись с давними врагами.
Парочка вкусных цитат хотя автор оказался скуп в этом плане :
"И когда он приблизился к лодке, то, подняв голову, с радостью увидел протянутую ему руку и широкую улыбку командира. Вулканец подумал о том, что это было чем-то большим, чем просто ветреность или разрядка нервов: это была радость мальчишки, с нетерпением ждавшего долгожданных каникул.
Отношение Спока к открытым человеческим чувствам всегда было сложным: смесь зависти к свободе и пренебрежения к полной несдержанности. Джеймс Кирк стал тем человеком, которым Спок мог только восхищаться, первым человеком, в котором не было и капли вулканской крови, однако при этом способным контролировать свои эмоции ради достижения намеченной цели, полностью подпадавшим под определение древнего земного философа: «… жизнь, контролируемая разумом и вдохновляемая эмоциями». Но теперь контроля как не бывало. Выполняя это важное, смертельно опасное дело, Джеймс захлебывался в ребячьем восторге вместо того, чтобы быть предельно собранным, как то понравилось бы Споку. Кирк перешел границы просто человека, и Спок, который смертельно бы оскорбился, скажи ему кто, что он способен кого-нибудь боготворить, сейчас был растерян и сбит с толку".
"– Единение через разделение, – пробормотал он. – В этом наша сила. Именно этого не мог понять Морл со своей партией. Наша способность вести диалог друг с другом, несмотря на то, что все мы совершенно разные, делает Федерацию сильной и здоровой.
Подумав, он несколько вызывающее добавил:
– Разумеется, кроме вулканца вряд ли это кому дано понять. Только мы умеем мысленно сливаться с теми, кого любим".
3 понравилось
