«Корона Ксилара» – третья и финальная часть о бывшем короле Джориане. Цикл «Новария» продолжается дальше, но уже с другим героем. Это более зрелое и одновременно менее лихое завершение трилогии о «короле поневоле», в котором де Камп подводит итоги своим любимым темам: политической сатире, рационалистическому взгляду на чудеса и разоблачению героического фэнтези.

Джориан бежал от «традиции» – пятилетнего царствования, за которым неизбежно следует торжественная казнь и розыгрыш короны по принципу «кто поймал голову – тот и правит». В двух первых книгах герой уже прошёл длинный путь через Новарию, помогал чинить часы в Иразе и бесконечно откладывал возвращение к вопросу о своей нежеланной короне и брошенной жене Эстрильдис. В «Короне Ксилара» петля, наконец, затягивается: Джориан вместе с магом Карадуром снова оказывается втянут в политические интриги вокруг Ксилара, пытается вытащить Эстрильдис из плена и окончательно «разрулить» собственный статус – и как беглого монарха, и как человека, застрявшего между несколькими женщинами и несколькими обязанностями. Это одновременно роман о возвращении и о том, почему герой всё равно не вписывается ни в одну из предложенных ему ролей — ни в образ идеального короля‑мученика, ни в образ свободного авантюриста без обязательств.

Де Камп по‑прежнему рассматривает государства как набор несовершенных устройств: Ксилар с его религиозно оформленной лотереей на право быть обезглавленным, соседние города‑государства со своими формами тирании и республиканской мишуры. Автор не предлагает идеальной модели, а показывает, как человек с нормальным здравым смыслом лавирует между фанатизмом, бюрократией и корыстью разных режимов.

Главный конфликт Джориана – не только со стражей и судами, но с самой идеей, что «правильно» – добровольно идти на плаху ради традиции. Через судью Граллона и ксиларианскую систему видно, как общество может искренне считать моральным то, что для героя выглядит абсурдным и бесчеловечным.

Центральным становится мотив возврата в место, откуда Джориан когда‑то сбежал: к короне, к Эстрильдис, к семье в Кортолии. Де Камп показывает, что простого «откатить всё назад» не существует: люди изменились, герой изменился, и попытка восстановить прошлое приводит не к восстановлению идиллии, а к ещё более болезненным открытиям (включая сюжетную линию с тем, как Эстрильдис «ждала» в его отсутствие).

Как и раньше, магия и монстры у де Кампа всегда слегка «размагичены»: призраки и демоны остаются эффектными, но автор постоянно подчеркивает логику их действий, договорные отношения, правовые последствия. В финале трилогии это особенно заметно: даже сверхъестественные эпизоды работают как испытание здравого смысла героев, а не как вмешательство «высших сил».

К финалу цикла Джориануже не просто остроумный беглец с плахи, а усталый, но всё ещё живой человек, который понимает цену любой «короне» – и буквальной, и метафорической. Его путь в этом романе – попытка совместить личное счастье, чувство долга и инстинкт самосохранения, при этом не скатившись в цинизм.

Третий роман заметно сильнее, чем предыдущие, разворачивает тему женщин в жизни Джориана. Особенно линию с Эстрильдис, которую он в предыдущих книгах идеализировал как «утраченное счастье». Конкретика её выбора и поведения (включая любовника, о котором узнаёт герой) разрушает эту идеализированную картинку и заставляет Джориана наконец увидеть, что женщины вокруг него – не награды за подвиги, а отдельные субъекты со своими желаниями и границами.

Маг Карадур остаётся голосом рассудка и инструментом сюжета, но в «Коронe Ксилара» его присутствие играет ещё и роль морального ориентира: на его фоне ярче видны импульсивность Джориана и различие между «книжной мудростью» и жизненной хваткой. Второстепенные персонажи функционируют как набор зеркал, в которых отражаются разные варианты власти и личного выбора.

После эпизодичных авантюр «Башни гоблинов» и «Часов Ираза» структура «Короны Ксилара» ощущается более целенаправленной: меньше «туризма по странам мира», больше возвратов к уже знакомым местам и персонажам. Это придаёт книге ощущение завершённости – герой наконец добирается до тех сюжетных долгов, которые тянулись с первой страницы цикла.

Ирония никуда не девается: де Камп всё так же насылает на своих героев бюрократов, педантичные суды, странные религиозные культы и очень земные проблемы вроде контрактов и долгов. Но общий тон становится чуть более спокойным и меланхоличным: за шутками всё чаще проглядывает понимание, что любые политические конструкции недолговечны, а люди в них ещё более хрупки.

Проза де Кампа остаётся предельно ясной, без вычурности и псевдо‑архаики. Сцены экшена, бытовые детали и диалоги поданы одинаково сухо и точно, что даёт эффект почти «репортажного» взгляда на фэнтезийную действительность.

Итог: «Корона Ксилара» – аккуратный, ироничный и довольно трезвый финал истории про человека, который так и остался «королём поневоле». Даже тогда, когда от короны осталась лишь тяжёлая память и цепочка последствий. Это роман, который особенно хорошо работает, если вам интересен цикл целиком, и важна именно эволюция героя и авторского высказывания о власти, а не только отдельные приключенческие эпизоды.