Дерево Хэллуина

Каждое утро он будет вставать и брести к мертвому морю в поисках его, и во все времена он будет ходить по всему Марсу в поисках его, и никогда он его не отыщет. И наконец ляжет, не в силах больше ходить, и попытается найти Нью-Йорк в своей голове, но не найдет его и там.

— Я функционирую. Меня невозможно отключить. Я тоже живой, и у меня есть чувства.

" - Да не люди они, а уроды!"

" Изменить рост и пропорции - не значит изменить человека. "

" Если бы не Смерть, в дизни не было бы никакого интереса. "

" - Но ты же не отправишь меня одного, а? Вилли, ты же обещал, что всегда будешь рядом! Чтобызащищать меня, а, Вилли?"

Вот кабы просто быть хорошим, просто поступать хорошо, вместо того чтобы думать об этом все время. А это не легко, верно?

Люди ведь любят грех, точно любят, тянутся к нему, в каких бы обличьях, размерах, цветах и запахах они не являлись.

Разные бывают улыбки. Учись различать темные разновидности от светлых.

- А я взагалі сумний чоловік. Читаю книжку, й бере мене смуток. Переглядаю фільм - печаль. А від вистав усе нутро перевертається.

• А чи є щось таке, від чого ти не сумуєш?
• Є. Смерть.

- Нема сенсу плодити людей. Рано чи пізно вони вмирають, - тихо, спокійно й трохи сумно відповів Джим. - Ото й усе.

Лиш те людина любить, що зника.
Вільям Батлер Єйтс

Он широко открыл глаза, перевел дух и отворил внутри себя новые источники воды и мыла, смывая весь налипший внутри мусор, моя все дочиста, окатывая, отскребывая и снова окатывая.

Кому нужно твоё «не могу»? Ты должен. Больше у нас нет ничего. Я знаю, так уже было в библиотеке. Ведьма удрала. Боже мой, ты бы видел, как она улепётывала. Я убил её улыбкой, понимаешь, Вилли, одной единственной улыбкой. Людям осени не выстоять против неё. В улыбке-солнце,оно ненавистно им. Не воспринимай их всерьёз, Вилли!

Лед. И прекрасная, с иаинственными изгибами пустота внутри. Томительное ничто. Изысканная плавность незримой русалки, позволившей поймать себя в ледяной футляр.

…вот я сижу на камне и греюсь на солнышке, а старик Джим танцует с жабами в лунном луче. Я пасу коров, а Джим дрессирует жутких чудовищ. «Ну и дурак!» - кричу я ему. «Трус!» - кричит он в ответ.

... он достал самые нужные книги и разложил на столах, как огромные литературные часы.

Я был бы совсем уж дураком, если бы не догадывался о собственной дурости.

Вилли подошел к железным скобам, взялся за одну и обернулся.
— Ты ведь не снимешь их, пап?
Отец покачал одну скобу, проверяя, хорошо ли держится.
— Когда устанешь от них, сам снимешь.
— Да никогда я от них не устану!
— Думаешь? Да, наверное, в твоем возрасте только так и можно думать: что никогда ни от чего не устанешь. Ладно, сын, поднимайся.