Преступление лорда Артура Сэвила

– Уважаемый! – произнес мистер Отис, – Я вынужден настаивать на том, чтобы вы смазали свои кандалы ; для этой цели я приготовил для вас бутылочку мази «Восходящее солнце» фирмы Таммани. Утверждается, что она очень эффективна после первого же применения, и здесь на упаковке приводится несколько авторитетных отзывов. Можете пользоваться, я оставлю ее под свечами возле спальни и если вам этого не хватит, с радостью принесу еще.

Ну и климат! Этот Старый Свет на столько перенаселен, что даже приличной погоды на всех не хватает.

Как большинство людей, обитающих в искусственном мире, он [Томас Уэйнрайт] питал нежную любовь к природе.

Могу я спросить, о ком идет речь? Если это кто-нибудь из Скотланд-Ярда или человек, связанный с полицией, я, к сожалению, ничем не смогу вам помочь. Английские сыщики — наши лучшие друзья: благодаря их тупости мы делаем все, что хотим. Не могу вам уступить ни одного из них.

По-моему, каждый должен ходить к хироманту хотя бы раз в месяц, чтобы знать, что ему можно и чего нельзя. Потом мы, конечно, делаем все наоборот, но как приятно знать о последствиях заранее!

Нет-нет, я не цинична, просто у меня есть опыт - впрочем, это одно и то же.

— Ты говоришь о Саде Смерти? — прошептала она.
— Да, я говорю о нем. Как, должно быть, прекрасна Смерть! Как хорошо лежать в мягкой, теплой земле, зная, что над тобой колышутся травы, и слушать вечную тишину. Как хорошо, что нет ни вчера, ни завтра, что можно забыть о ходе времени и навеки забыться, обретя наконец покой. Знаешь, ты мне можешь помочь. Ты можешь отворить для меня врата Храма Смерти, ибо с тобой Любовь, а Любовь ведь сильнее Смерти.

Многие американки, покидая родину, принимают вид хронических больных, считая это одним из признаков европейской утончённости, но миссис Отис этим не грешила. Она обладала великолепным телосложением и совершенно фантастическим избытком энергии. Право, её нелегко было отличить от настоящей англичанки, и её пример лишний раз подтверждал, что теперь у нас с Америкой всё одинаковое, кроме, разумеется, языка.

Да, её притягивали всевозможные тайны и секреты, сама же она была сфинксом, лишенным загадки.

Воображение — продукт наследования. Оно лишь сконцентрированный опыт человечества.