Жизнь причиняет столько боли, что человеку нужен катарсис.

Ей придётся столкнуться со всем этим для того, чтобы освободиться от него.

Воспоминания делают личность эмоционально зрелой.

Сахар. Сахар. Так много сахара было в их притворном отношении друг к другу, что я стала страдать от диабета души

Чем ниже либидо, тем больше умолчаний

возвращение домой, которое перенесло девушку из невыносимой учебной обстановки в еще более невыносимую обстановку общения с родителями, чрезмерно заботливыми и в то же время лишенными сострадания, лишь отяготило ее симптомы.

Мы не происходим от животных – мы опускаемся к животным, становимся подобными им.

Более того, страх этот усиливался осознанием того, что помощь, которой она всегда ожидала от Бога, приходила теперь от Фрейда.

Даже если тебе суждено гореть вечно, больно будет только сначала.

Если сразу не получается-пытайся снова и снова

Люди. Она могла расплакаться, начав думать обо всех этих людях. Иногда, размышляя о людях, она ощущала себя потерянной и одинокой. Слишком много было неприятных людей, а неприятные люди сердили ее. Она знала, что сердиться нехорошо, но многое приводило ее в гнев. Гнев ее был пурпурным и фиолетовым.

Пегги хотелось быть похожей на всех этих важных людей, делать множество разных вещей в разных местах.
   Она решила немного прогуляться, поглядеть, поприсматриваться, прочувствовать окружение. Существовало столько вещей, о которых хотелось узнать. Вот почему она всегда и прислушивалась, стараясь уловить своими ушами все происходящее. Она частенько посещала самые разные места просто ради того, чтобы узнать, что там происходит.

В течение последующих недель сеансы стали столь важным событием в жизни Сивиллы, что она, можно сказать, жила лишь ради этих утренних встреч по вторникам с доктором

– Я счастливый человек, – ответила Вики, – а у счастливых людей не бывает занимательных биографий. Однако я буду рада сообщить вам все, что вы пожелаете узнать.

Уиллард Дорсетт пересказал Сивилле свой разговор с пастором и, решив, что нет более эффективной защиты от страхов, чем перекладывание их на чужие плечи, предоставил все решать ей.

В классическом виде истерия проявляется физиологическими симптомами, поражающими мышцы или органы чувств. В процессе конверсии подсознательные импульсы превращаются в физиологические симптомы. Вместо сознательного переживания эмоциональный конфликт выражается физиологически.

Никто – ни родственники, ни друзья, ни даже отец Сивиллы и уж конечно не сама Сивилла – никогда не указывали матери, что она должна делать. Ее мать, объявившая себя «великой Хэтти Дорсетт», была возвышающейся над всем, несгибаемой, непобедимой фигурой. Она не исполняла приказы – она отдавала их.