Адмиралъ

Невозможно солгать в письме. Можно притвориться при личном общении - обняв, спрятав лицо, чуть изменив голос.Но как скрыть правду в строчках? В письме полностью обнажается человеческая душа.

- Нет никаких поражений, - оборвал Колчак. - Есть временные трудности.

Река была вся покрыта льдом. Еще бы сутки... Каппелевцы перешли бы Ангару и вступили бы в Иркутск. А какие звезды горят - яркие!..

• Завтра будет ясный день, - отчетливо проговорил Колчак.

Оно, это главное, не имело даже слова для того, чтобы быть названным. Определить — значит ограничить.

Это ведь неправда, что женщины могут часами разглядывать себя в полированном стекле лишь потому, что интересуются своей внешней красотой - и ничем более. Не на внешность они смотрят, они всматриваются в самую суть себя, в глубины души. А каким образом они делают это при помощи зеркал - особенная женская тайна, разгадать которую не в силах ни один мужчина.

Кто в море не ходил, тот Богу не молился... Если взглянуть сейчас прозорливыми очами на всю вселенную разом, то можно увидеть, как молитва пронизывает мир, от неба, где внимают слову, до самых подводных глубин...

Доводы мужского рассудка такие беспомощные перед необъяснимой - не снисходящей до объяснений! - женской логикой...

Сильные мужчины никогда не боятся чувств — ни испытывать их, ни открыто выражать.

"Кто в море не ходил, тот Богу не молился."

Страшная вещь - слово. Пока оно не сказано, все может быть так или иначе; но после того, как оно прозвучало, никакого "иначе" быть не может...

Страшна необратимость некоторых слов, поступков, жестов. К счастью для человека, он остается в неведении, - какие его действия необратимы, а какие поддаются исправлению.

- А вот папа никогда не плачет, - сказал, судорожно переводя дыхание, Ростислав.

• Папа тоже плачет, - ответила проницательная Роза Карловна. - Только его слеза течет внутрь. У каждого человека есть свое ведро слез. Так придумал Господь Бог. Не нам отменять эти законы. Все плачут.

- Кому же вы служили после отречения... - Брезгливое движение губ: - царя?

• России, - ответил адмирал. - Всегда только ей.

Какие-то тени появлялись и исчезали, и повсюду был мусор, мусор, мусор - обрывки былой жизни, осколки того, чем прежде дорожили и что нынче обесценились.

Мужчина должен сдержать революцию, победить врага, положить к ногам возлюбленной Святую Софию, отвоеванную у турок...и дать жене то простое и нехитрое, о чем она просит: дом, покой, новый гардероб.

Десять дней я занимался политикой и чувствую глубокое к ней отвращение.

"Кругом обман, ложь, предательство".

Доводы мужского рассудка, такие беспомощные перед необъяснимой - не снисходящей до объяснений! - женской логикой...

"Какая вежливая смерть, - подумал Подгурский смятенно. - Стучит, спрашивает дозволения войти..."

Это... невыносимей, чем разлука, - эта ваша надежда.