Сравнительные жизнеописания. Полное издание в одном томе

Итак, если загля­нуть в буду­щее, ничто в насто­я­щем не может счи­тать­ся ни вели­ким, ни малым, а пре­врат­но­стям судь­бы при­хо­дит конец лишь одно­вре­мен­но со смер­тью.

Ган­ни­ба­ла, пока он жив, счи­та­ли огнем, кото­рый сто­ит толь­ко раздуть: ведь и в моло­дые годы Ган­ни­ба­ла не тело его и не руки были страш­ны рим­ля­нам, но искус­ство и опыт­ность в соеди­не­нии с вла­дев­ши­ми им зло­бой и нена­ви­стью, кото­рые не умень­ша­ют­ся в ста­ро­сти, ибо при­ро­да чело­ве­ка оста­ет­ся неиз­мен­ной, а судь­ба в сво­ем непо­сто­ян­стве вся­кий раз драз­нит новы­ми надеж­да­ми и тол­ка­ет к новым начи­на­ни­ям того, кого нена­висть сде­ла­ла веч­ным вра­гом.

Когда... изве­стие [о смерти Ган­ни­бала] дошло до сена­та, мно­гим из сена­то­ров посту­пок Тита пока­зал­ся отвра­ти­тель­ным, бес­смыс­лен­ным и жесто­ким: он убил Ган­ни­ба­ла, кото­ро­го оста­ви­ли жить, подоб­но пти­це, слиш­ком ста­рой, уже бес­хво­стой, лишив­шей­ся диких пова­док и неспо­соб­ной боль­ше летать, убил без вся­кой необ­хо­ди­мо­сти, лишь из тще­слав­но­го жела­ния, чтобы его имя было свя­за­но с гибе­лью кар­фа­ген­ско­го вождя.

Как ни ред­ки в людях муже­ство и свет­лый ум, самая ред­кая из доб­ро­де­те­лей — спра­вед­ли­вость.

Когда разда­ет­ся силь­ный и гром­кий звук, он раз­ры­ва­ет воздух, кото­рый боль­ше не может под­дер­жи­вать летя­щих, и те слов­но про­ва­ли­ва­ют­ся в пустоту и гиб­нут, падая на зем­лю. Воз­мож­но, прав­да, что они пада­ют, насмерть пора­жен­ные уда­ром, слов­но прон­зен­ные стре­лой. Воз­мож­но так­же, что в этих слу­ча­ях воз­ни­ка­ет вра­ще­ние возду­ха, подоб­но тому, как силь­ное вол­не­ние на море рож­да­ет водо­во­роты и стре­ми­тель­ные отли­вы.

Он [Филопемен] не толь­ко казал­ся, но и был чело­ве­ком в выс­шей сте­пе­ни бла­го­род­ным.

[Примечание: «Он хочет быть, а не казать­ся пра­вед­ным». -Эсхил] .

...Полу­чив­шие бла­го­де­я­ние все­гда обя­за­ны при­но­сить бла­го­дар­ность сво­им бла­го­де­те­лям... доб­ро­де­тель­ные люди долж­ны чтить память людей доб­ро­де­тель­ных.

Он [Филопемен] при­учал себя идти пер­вым при выступ­ле­нии в поход, послед­ним — при воз­вра­ще­нии из похо­да.

Один рим­ля­нин назвал его [Филопемена] послед­ним из элли­нов, пото­му что после него Гре­ция не дала уже ни одно­го вели­ко­го мужа, достой­но­го ее.

[Примечание: Пав­са­ний гово­рит, что Миль­ти­ад был пер­вым бла­го­де­те­лем все­го гре­че­ско­го наро­да, а Фило­пе­мен послед­ним].

«Нет ника­ко­го позо­ра в рабо­те — позор­но без­де­лье». -(Гесиод).