Бойня номер пять. Колыбель для кошки

Джулиан Касл и Анджела подошли к картине Ньюта. Касл сложил указательный палец колечком и посмотрел сквозь дырочку на картинку.

• Что вы скажете? - спросил я.
• Да ту все черно. Это что же такое - ад?
• Это то, что вы видите, - сказал Ньют.
• Значит ад, - рявкнул Касл.
• А мне только что объяснили, что это "колыбель для кошки" - сказал я.
• Объяснения автора всегда помогают, - сказал Касл.

  - Вы самоучка? - спросил Джулиан Касл у Ньюта.

• А разве мы все не самоучки? - спросил Ньют.
• Прекрасный ответ, с уважением сказал Касл.

• Вы и в правду согласны? - спросил я. - Но вы только что говорили про Христа.
• Про кого?
• Про Иисуса Христа.
• А-а! Про него! - Он пожал плечами. - Нужно же человеку о чем-то говорить, упражнять свои голосовые связки, чтобы они хорошо работали, когда придется сказать что-то действительно важное.
• Понятно. - Я сообразил, что нелегко мне будет писать популярную статейку про этого человека. Придется мне сосредоточиться на его благочестивых поступках и совершенно отмести его сатанинские мысли и слова.
• Можете меня цитировать, - сказал он. - Человек гадок, и человек ничего стоящего делать не делает и знать не знает. - Он наклонился и пожал вымазанную краской руку маленького Ньюта и сказал: - Правильно?

• Правильно.

— Кто же лечит "Папу",  если не вы? — спросил я.
— Один из моих врачей,  некий доктор  Шлихтер фон Кенигсвальд.
— Немец?
— Вроде того. Он четырнадцать лет служил в эсэсовских частях. Шесть лет он был лагерным врачом в Освенциме.
— Искупает, что ли, свою вину в Обители Надежды и Милосердия?
— Да, — сказал Касл. — И делает большие успехи, спасает жизни направо и налево.
— Молодец.
— Да, — сказал Касл. — Если он будет продолжать такими темпами, то число спасенных им людей сравняется с числом убитых им же примерно к три тысячи десятому году.