
Фантастический раритет
Zaraza_Zaraza
- 195 книг

Ваша оценка
Ваша оценка
Опереточный кошмар родом из буйных, ревущих 20-х. Действо молодого Эренбурга хотя и похоже (жутко похоже) на другие тексты 20-х (вспомним, например, Борьбу в эфире Беляева или Месс-Менд Шагинян), но есть и радикальное отличие – это русская проза зарубежья, написан текст хоть и с легкими советскими симпатиями, но все же явно со стороны (хотя, вероятно, и легкие симпатии в 1923 году заметной частью эмиграции воспринимались откровенно в штыки).
Итак, три американских миллиардера создают трест для уничтожения Европы (каждый для своих целей), доверив само мероприятие голландскому авантюристу. Европа, ослабленная Первой Мировой и постоянными локальными войнами, не выдерживает удара романтического негодяя, страна за страной гибнет в тщательно подстроенных провокациях – от новой войны Франции с Германией до сонной болезни в Скандинавии, от жутких бомбардировок Советской России к чиките – повальной амнезии в Италии и Испании. В рамках веселого гротеска Франция погибает от мужского бесплодия, несмотря на попытки спастись с помощью поставок негров из колоний. Все остальные страны континента к 1940 превращаются в пустыню, куда из любопытства ездят американские туристы. Советская Россия продолжает существовать в Сибири со столицей в Чите (глава государства – председатель РВС! Уж не троцкист ли Эренбург?).
Любопытны детали. Тут и гиперинфляция в Германии, доведенная до абсурда, и представление о главенствующей роли Франции в Европе после Первой Мировой, и наезд на НЭП (да-да, у Эренбурга в конце 20-х – начале 30-х еще НЭП, а коммунисты воспринимаются как романтики, все еще поющие Интернационал на фоне жирующих в ресторанах нэпманов). Много подтрунивания над национальными стереотипами (несмотря на голод, англичане откладывают революцию до следующих выборов). Слегка удивляет и легкость секса – это вообще что-то простое, лишенное условностей.
Но за весельем и гротеском нет-нет да и промелькнет мрачное настоящее, вызвавшее эту фантасмагорию к жизни. Живописный конец старого мира, полное разложение, среднеевропейская пустыня там, где до 1914 было сосредоточие цивилизации.

Историк-утопист: "Я — европеец"
Эренбург даже не представлял, как он опередил во многом будущее. Я — европеец. Национальность надо как и костюм менять с переменой места — вольная цитата. Сатира, которая была не только в своё время ко времени и месту, но и нынче и везде оказывается тем или иным боком у дела. Постепенное размыливание национальностей до полного стирания или хотя бы объединения в более крупные и менее раздробленные этнические объединения. Зачем мне говорить, что я русский или эфиоп, когда этого можно вообще не говорить за ненадобностью сей категории? Верная же мысль. Столько бед из-за этого. Энс нашёл как решить эту проблему. Он решил уничтожить корень всех политических бед — национальный вопрос, впрочем, достаточно радикальным методом. Европа стала экспериментальное площадкой. Наша культура пришла из Европы, значит, нужно уничтожить колыбель цивилизации и зародить её снова, на новых основаниях, чтобы она опять распространилась на весь мир, но уже без дефектов. Версия два-ноль с исправленными багами.
Литературовед-еретик: "Трикстер или романтический герой?"
Энс Боот не был трикстером, как мне сначала показалось. Он даже не скучающий романтический герой, не Остап Бендер, не Локи, не Швейк, не Хулео Хуренито, не Боконон. Ему просто было скучно на самом-то деле. Просто скучающий обыватель глазеет в жидкокристаллический экран, облучая сетчатку своего глаза светопередачей всяких лулзов, а вот Энс мыслит и действует более глобально. Он сам создаёт эти самые лулзы. Это даже не исход несчастно любви, которая была лишь указателем к действию, но не причиной или двигающей силой.
Нигилист-хипстер: "He did it for lulz"
В целом книга о том, как шило, попавшее в достаточно могущественные задницы, может делов накрутить. Энс Боот — дух авантюризма доведённый до абсолюта. Он как целый дивизион всадников апокалипсиса промчался по Европе, сделав то, о чём мечтали многие фантасты в своих произведениях — уничтожил если и не весь мир, то по крайней мере его старейшую цивилизованную часть, сиречь колыбель нынешней культуры. Зачем? Just for lulz, ну и отчасти... нет, всё же исключительно for lulz. Европу надо разрушить, а там уже решим, чего будет строить на освободившихся территориях.
СПГС-мэн: "Что хотел сказать автор?"
Безумие есть у всех в головах, но оно не будет свершаться, пока его не выпустят наружу. Кто за это ответственен: тот кто поддался на провокацию или тот, кто спровоцировал? Он лишь открыл двери психушки — вольная цитата. Все войны свершались миллионами людей, за которыми стояли власть имущие единицы. Традиционное: кто виноват? Что делать? Кому в Европе жить хорошо?
КО-психотерапевт: "Книжка про то, как мужик..."
Мужик влюбляется в рыжую, которая отказывает ему в танце. Он её ассоциирует с Европейским континентом и решает уничтожить. Собака на сене! Находит американцев с толстыми кошельками, а ведь все американцы Европу ненавидят и у всех кошельки толстые (и задницы! — А. П.), занимает у них немного денег и выпиливает всё население, то бомбами, то заразой, то глупостью самого же населения слегка подогретой мастерскими провокациями. Зачем он это сделал? Он не псих, нет. Вообще, мы не уверены существовал ли он на самом деле или был всего лишь массовым бессознательным, которое воплотилось в лице Энса Боота, скажем так персонифицировалось. Впрочем, это ничего не меняет. Кем бы он не был, роман от этого сути своей не меняет, и остаётся прекрасным и годным во все времена и для всех поколений.
Случайное альтер-эго: "Читал трижды!"
Да, я тоже его читал. Не знаю чем этот странный текст меня так привлекает, но его я перечитываю уже в третий раз. Текст простой, незамысловатый. В нём есть немного юмора, сатиры, иронии, грусти и всего остального, полагающегося или могущего быть в тексте. Иногда хочется иметь такой же задор, как у Энса. Знаете, чтобы чуть что — сразу глобально всё мутить, а не размениваться на копейки.
Охотник на мамонтов: "Мамонты живы!"
Говорят мамонты давно вымерли и на них уже не поохотиться. Однако, это не так! Вот перед вами образец отличного мамонта. Его можно долго членить на кусочки, отделять бивни от ножек, оставлять ценное и выкидывать ненужно... впрочем, в мамонте всё нужное и ценное. Тем мамонт и ценен, что он теперь — животное редкое и найти его большая радость и успех. Цените мамонтов, господа!
Бодрийяровед: "Европы не было"
В романе Эренбурга мы видим наглядный пример процессов симуляции: создание и воплощение в жизнь огромного симулякра (тут даже было бы более удачно сказать, что создание целого комплекса или процессии симулякров, или даже гиперреальности внутри уже имеющегося пространства), удачно вписавшегося в симуляционные процессы других доминантных процессов пространства имеющейся гиперреальности и в итоге подменяющий их. Это скорее походит на фазу подмены одних симулякров другими, поскольку самой Европы к тому времени уже не существовало как таковой; более того — подмена первичного симулякра начала происходить на совсем другом континенте, в Америке. Там был создан некий контробраз уже устоявшемуся европейскому, некий симулякр выведенный из симулякра (симулякр в квадрате), которым впоследствии подменили изначальный симулякр, силой чего были запущены мощнейшие имплозийные процессы, разрушившие в итоге оба образа, вернув весь дискурс к изначальному Ничто, но и при этом ничего не изменилось, потому что ничего изначально и не было! Мы придумали понятия функциональность которых не оправдалась.
Первичным импульсом для всего процесса послужила либидиальная энергия, которая сублимировалась изначально на процессы накопления материальных благ, создание социального положения, постепенно конвертировалась в гламур. Однко, всем нам известно, что эти процессы не только не вытесняют, но аккумулируются, накапливаются прекрывая изначальную энергию, которая в последующем только с ещё большей мощностью выплеснется и уже имея сверхобъёмы не сможет быть сублимированной на что-либо по причине отсутствия какого-либо центра, способного принять такие масштабы. Тут происходит стадия создания своей системы, которая впоследствии будет накладываться на имеющуюся и при определённых обстоятельствах она либо ассимилирует полностью, либо разрушит базу и подменит её собой (это более долгий процесс фактического сосуществования), впоследствии существуя как самостоятельная система или новый виток эволюции симулякра, либо при столкновении со скрываемой пустотой имеющегося уничтожит всё, — что нам и довелось и наблюдать в произведении Эренбурга.
Была ли Европа? Будет ли она? Всё зависит от того, что мы под этим словом подразумеваем.

Сам автор в 1961 году так пишет о своей книге:
Сатира-то оно, конечно, сатира. Но какая же горестная и мрачная книга вышла из-под пера Эренбурга! Когда читала "Хулио Хуренито" , там весело рассказывалось о грустном. В "Тресте" вроде бы тоже, но улыбку вызвали, пожалуй, только первые полтора-два десятка страниц. А дальше... Пожалуй, печальней книги я не читала. Юмор, сарказм, гротеск - но как же все горько! Автор сравнивает Европу с любимой женщиной, быть с которой нельзя, но и жить без нее невозможно. Предприимчивый потомок королей Енс Боот задается целью стереть Европу с лица Земли. И ему это, представьте, удается. Но сам он европеец до мозга костей, если нет Европы, то может ли быть Енс Боот?
На страницах этого небольшого по объему романа столько смертей, крови и боли, что из этого месива удается выходить только Енсу, а мне, читателю, погруженному в этот хаус и ад не оставалось ничего, кроме как плыть по этому кровавому течению. Сказать, что книга меня поразила - это ничего не сказать! Меня придавило, раздавило и снова придавило. Не знаю даже, отпустило ли уже...
Особо много говорить об этом романе нечего. Это надо прочесть! В рассуждения о том, на что писалась эта сатирическая проза, пускаться не буду. Не главное это, имхо, вовсе. Да, пора браться за "Люди. Годы. Жизнь" . На сегодняшний день, пожалуй, я готова сказать, что Эренбург - величайший писатель Советского Союза. Почему же он так несправедливо позабыт? Почему ни слова о нем я не помню в школе, почему мне не рассказывали об Эренбурге родители, хотя сами читали? М-да, приходится отыскивать жемчужины в мире литературы самой... Ну и с помощью некоторых прекрасных людей:)

Енс Боот предпочел вместо новой экономической политики заняться древней спекуляцией. Он покупал и продавал различные товары; акции рудников, доллары, караты красавиц, сердца министров и даже некоторые спорные города, как-то: Фиуме, Мемель, Черновицы, Вильно и другие.

В старом кабачке Кракова «Приятная встреча» Енс Боот и Чуг пили совместно третью бутылку токайского. Вино было отменного качества, но Чуг со слезами вспоминал родную самогонку:


















Другие издания


