Свитер

"Нет на свете большей любви, чем любовь матери к своему чаду."

"Молодость ничего не принимает в расчет и опыт одного ничего не значит для других."

Надо го­во­рить от­кро­вен­но до тех пор, пока нет опас­но­сти на­не­сти че­ло­ве­ку оби­ду. Ложь при­ду­ма­на, что­бы не при­чи­нять боль.

Нет книг нравственных или безнравственных. Есть книги хорошо написанные или написанные плохо.

... все мы пожинаем полды своих дел.

Кто бы мог подумать, что в такой на первый взгляд абсолютно нормальной семье возможны подобные выкрутасы. Что ж, видно, это неибзежно, рано или поздно, но наступает день, когда тебе остается только ахнуть: не может быть, чтобы это случилось у нас.

Вы с Антони оба — свободолюбивые натуры, вам необходима любовь на расстоянии. Так вы ее сохранили и сделали вечной.

Человеческий мозг, при всем своем совершенстве, иногда делает осечки.

Готово дело, зять изрек очередную несусветную глупость. Неужели он не способен сделать хоть что-нибудь, чтобы они перестали из него литься, как из испорченного крана. Теперь вот выяснилось, что инстинкты могут ошибаться.

Леонор нашла себе хорошую подружку — из тех, кто слушает и уверяет, что все сохранит в тайне, и действительно никому ничего не скажет до того момента, пока не поссорится с тобой, вот тут-то о твоем секрете узнают все, потому что бывшая подружка постарается.

Нарушать предписания врачей — одно из немногих удовольствий, доступных Долорс, то небольшое озорство, которое она может себе позволить.

Наверное, это из-за серьги, что теперь носят в пупке, будто ушей им уже мало.

Детей этот человек любит так же, как книги, это две самых больших его привязанности.

Наступает момент, когда ты уже не можешь делать, что хочешь, потому что не имеешь на это права.

Очевидно, что этот некто, устроивший похороны прошлого, понятия не имел, что там, под землей, тянутся длинные ходы, в существовании которых Долорс нисколько не раскаивалась и просто тайком продолжала делать то, что делала.

Потом может оказаться, что она отдала свое тело тому, кто его недостоин. Но — только тело, душу она не может отдать ни под каким видом.

Между ними повисла звенящая тишина, такая, в которой раздор двух душ постепенно сходит на нет.

Все поколения откликаются на одни и те же ласки, на одни и те же слова любви.

Боже, как же все изменилось, информатика подчинила себе и мысли, и людей, и животных.

Так всегда происходит в юности: разум, сердце и тело, чувства, ощущения, мысли — все это у молодых вперемешку.