Свитер

Есть вещи глубоко личные, в том числе такие, которыми можно поделиться с друзьями, но уж никак не с родителями.

Какая навность, думала теперь Долорс , ведь никого не волнует , что вытворяют мужчины, это не преступление, а так, легкая шалость. Вот,например,все,что вытворяет шеф с Леонор,- это тоже всего лишь шалость.
Но если то же самое делаем мы,женщины, это - грех,великий и непростительный.

Но он ничего для неё не значил. Правда, какое-то время она испытывала к нему симпатию - спасибо шоколаду, впрочем, такое же чувство Долорс испытала бы к любому, кто стал бы дарить ей шоколад и конфеты, тем более такого высокого качества...

Родители всегда обо всем узнают последними. Позднее это амплуа простака переходит к мужьям и женам, тоже не случайно, потому что они самые близкие люди и ни за что не согласятся поверить, что ты способен вести себя неподобающим образом.

Прочь,прочь,убирайся. Долорес отчаянно искала,чем занять мысли,когда эти ведения посещали не по ночам,когда она плакала и спрашивала себя,зачем она так поступила,ради чего?

Знаешь, мальчик, это не одно и то же – родиться, чтобы отдавать приказания, и родиться, чтобы их исполнять.

Ложь придумана, что бы не причинять боль

нельзя получить все сразу, да к тому же бывают такие моменты, когда на первый план выходят другие вещи, гораздо более важные.

Раз жизнь есть только сновиденье, а сновиденья только сны

Слышать страшнее, чем видеть, потому что звуки не дают ошибиться. Зрение может обмануть

На свете нет ничего лучше шоколада.

У старухи увлажнились глаза: одно дело, когда о тебе заботятся, поскольку ты беспомощна и тебя нужно обихаживать, что тоже немало, и совсем другое, когда в отношениях проскальзывают такие вот детали: не трогать кота, с которым она время от времени играет, когда разрешает Марти и когда компьютер свободен. Марти — тонкая и чувствительная натура, просто золото, а не внук.

Да, даже в самом тяжелом положении есть свои положительные стороны, и теперь, когда старая Долорс живет в доме дочери, она чувствует себя так, словно взирает на окружающее с крыши высокой колокольни и видит то, что недоступно другим.

Мужчина — как яблоко, продолжала монахиня (была она на редкость уродлива, с кривым носом, который один только и торчал из-под накидки, укрывавшей ее почти до самых глаз). А вы знаете, что такое эти яблоки? Стоит их попробовать, так и утратишь рай навеки! К тому же в сердцевине самых сочных и красивых плодов живут черви. Здоровенные, отвратительные, жирные черви — такие, что вы и представить себе не можете.

А Сандра и ее мальчик такой шум устроили, что только держись — ничего себе теперь детишки в шестнадцать лет! В свои шестнадцать она была сущим младенцем, ничего не знала о жизни, и монашки вбили ей в голову, что мальчики могут на нее только смотреть, но уж никак не прикасаться, потому что если прикоснутся, то она лишится очарования невинности.

Милые мои, мысленно поучала Долорс девушек, влюбленных в чужого мужа, если вас когда-нибудь застанут врасплох - первым делом прикройтесь: для жены вашего любовника нет ничего слаще, чем потом рассказывать подружкам, сколько у вас физических недостатков. Долорс не успела прикрыться, так что уже назавтра все соседки Марии знали, что ее муж связался с бабой, у которой отвисло все на свете.

Мне не терпелось поскорее стать совершеннолетней, а тут вдруг подумалось, что я не хочу, чтобы мне исполнилось восемнадцать, потому что ведь все мы умрем. Да-да, чем старше мы становимся, тем больше шансов умереть. Не то чтобы раньше я этого не знала, — конечно, знала, но это представлялось таким далеким.

Все-таки хорошо, когда врачи в какой-то момент остаются без работы.

Когда становишься старой, все вяжешь одним узором. И свитер. И носки. Все.