Русская драматургия начала XX века

Сад цветёт... Распускаются вишни...
Красота побеждает тоску...
Но опять кто-то вычурно лишним
Будет в жизни вариться соку...

Кто-то в облике пошлой печали
Ищет стимул подумать о том,
Что у Стикса, на ветхом причале,
Ждёт давно его мрачный паром...

Кто-то прошлого острые грани
В настоящем терзает душой...
Кто-то надписи на пентаграмме
Не считает на уши лапшой...

Кто-то резв, кто-то очень пассивен,
Кто-то просто невидим для всех...
Вишни спелые - символ России:
Цветом крови и вкусом, как грех...

А сады всё цветут буйным цветом,
Ароматом маня в те края,
Где хандры фестиваль под запретом
И за грусть есть в законе статья...

Так вперёд, не считая минуты,
Надо мчаться, пока без прикрас
Вишни цвет дарит нам атрибуты
Счастья быстрого тут и сейчас...

Но, увы, это лишь на бумаге
Набросать можно данный проект,
А на деле - реальности шпаги
Вас вернут в тьму общественных сект...

Открываю для себя Антона Чехова с драматической точки его творчества, рассматриваю на уровне театрального пьедестала, проникаюсь идеями самоубийственных истин, похожих сперва на шипение шампанского на балу... Но в бокале, кроме льда, есть ещё и изрядная доля ядовитого сарказма... Именно сарказма, ибо самая шикарная улыбка в мире у скелета и гибель душевного равновесия всегда начинается со звуков жизнеутверждающего марша... Сперва наполни человека надеждой, а потом уничтожь её с его же помощью... Дьявол не только в деталях - он и в инструкциях по использованию этих деталей...
Безысходность проникает в сознание на уровне изящности природной красы... Вишневый сад, как символ возрождения, чередует смены настроение людей в правильном порядке, но если люди настроены на негатив заранее, то и очередность эмоций у них будет неподвластна радости бытия...
"Все равно завтра умирать... Так чего же зубоскалить сегодня???"  Пить и гулять, тоскуя и рыдая, гораздо естественней для увядающего духом поколения, чем вкушать сладость порока без нравственных колебаний... Грешат, но при этом проклинают себя за сей грех, даже не пытаясь каяться - аксиома ленивой деградации налицо... Лишние люди в мире, где у населения почти не осталось востребованных дел или хотя бы иллюзий... Разрушая себя, бросаешь в топку эпох и то время, в котором можно было бы жить совсем иначе... А вишни цветут каждой весной не взирая на вонь человеческого, психологического мазохизма, который так ловко искрит на фоне белых цветов, чёрных небес и сурового ока Луны...
5 из 5 - не нашел в персонажах сторонников, но и врагов не обнаружил... Сочувствие при чтении было, но не горькое, а немного паразитическое - я присосался к чужой депрессии, не имея своей, чтобы так же иметь возможность выпить и поплакать... Вечные темы, вечные символы, вечные слова... Занавес, господа!!!

Вероятно для тех, кто более-менее часто просматривает ленту моих отзывов на прочитанное, уже понятно, что частью чтения является прослушивание радио- и аудиоспектаклей и аудиокниг. При этом радиоспектакли с некоторых пор занимают довольно большую долю моего читательско-слушательского внимания. Да и времени на них уходит меньше — всё-таки редкий спектакль длится более 3-х часов, примерно то же самое и в аудиоформате.

Дальше...

Кроме этого читатель-слушатель имеет возможность услышать живые интонации актёров, играющих на сцене живого театра (это в случае, если мы имеем дело с аудиозаписью такого спектакля, но подготовленной для радиоверсии) или же не менее живые интонации профессиональных актёров, сыгравших свои роли перед микрофоном в студии аудиозаписи. Первый вариант сохраняет для слушателя все шумы зрительного зала, реакцию публики на происходящее на сцене, ну и всё прочее живое. А во втором случае всеми шумами и звуками занимаются уже специально, что тоже даёт свои преимущества. Для меня лично и тот, и другой вариант хороши.

На этот раз была радиопостановка Ленинградского театра имени Пушкина (запись 1950 г.) пьесы Льва Толстого «Живой труп». Для меня это было первое знакомство с этим произведением, и было любопытно посмотреть на новую (для меня) работу Толстого. Хотя работа считается незаконченной, да и сам автор так считал.

Итак, семейная драма. Любовный треугольник. Она любит мужа, муж думает, что она его не любит, а любит другого. Другой любит её. Все мучаются. При этом г-н Протасов мучается ещё не только вот такими отношениями с женой и другом семьи, но ещё и чувством собственной незначимости, ненужности. Вот этот кризис середины жизни, вот эта его бездеятельность, праздность жизни, безусловно, усиливают чувства жизненного краха. Отсюда и все последующие поступки нашего негеройского героя. И закономерный финал. Finita la commedia — с полным правом могут воскликнуть и сам Протасов, и его жена, и её новый муж, и все зрители.

А я всё-таки считаю, что именно праздность стала отправной точкой для всей этой трагикомедии жизни.

Серая пустая комната. Некто тоже в сером. Самое время пофилософствовать о жизни, представив её в виде лестницы. Став на одну ступеньку, человек не может видеть следующей, не может знать будущего. Тёмное начало, тёмный конец, зажжённый светильник. Сколько ему гореть?
Новорожденный младенец, ребёнок, юноша, муж и отец, старик - сюжет пьесы проведёт зрителей жизненными этапами, а Некто в сером осветит мрак пламенем свечи...

Пьеса представлена пятью картинами, пятью ключевыми моментами из жизни человека. В каждой из них неприметно присутствует Некто в сером со светильником в руке. Рождение ознаменовалось зажжением свечи. Но в каждом новом действии воск тает, свеча укорачивается... жизнь проходит.

Картина первая:Рождение человека и муки матери.
Крики и боль роженицы. Потерянный муж.
Выживет ли младенец? Мальчик, девочка? Не успев родиться, дитя предъявляет требования. Оно плачет, нуждаясь в тепле, еде, ласке. Ему нужна грудь матери, укачивающие руки отца.
Две старухи, как жизнь и смерть.

• Я люблю обмывать их, когда они умерли.
• Не спорьте! Не спорьте! Всякой будет свое: одна обмоет, когда родится, другая - когда умрет.

  Картина вторая: Любовь и бедность.

Картина третья: Бал у человека.
Эту сцену Андреев выписывает с особой тщательностью: несуразность большой комнаты, излишняя позолота обстановки, неслаженность оркестра, чопорность гостей... В разгаре бал у Человека. Некто в сером присутствует незаметно, свеча в его руке убыла на две трети и горит сильно желтым огнём.
Среди публики возгласы: "Как богато!", "Как пышно!", каждый старается восхвалить то или иное украшение, постройку, приобретение, численность слуг...
Через зал со спокойным достоинством шествует Человек и его Жена. Взгляды их холодны.

Картина четвёртая: Несчастие человека.
Светлая огромная комната с позолотой снова меняется на невзрачную и серую, с бедными остатками мебели, с бегающими крысами в опустевшем доме. От отряда слуг осталась старушка, она-то и рассказывает печальную историю семьи.
Было богатство - и уплыло. Герои превратились в пожилую пару, убитую горем - их сыну пробили голову, он умирает. Никогда не просил Человек вернуть богатство, друзей, талант - он терпел. Но теперь Муж и Жена молятся Богу: на коленях, в прахе, целуя землю, просят вернуть жизнь сыну.
Некто в сером держит в руках оплывший огарок. Сын умирает. Отец исторгает проклятия.

Картина пятая: Смерть человека.
Кабачок в полутёмном подвале, по стенам мечутся страшные тени пьяниц. Человек сидит за столиком, уронив голову. Эта картина напоминает изображение грешников в аду - страшных, безумных.
Некто в сером с догорающей свечой.

В более позднее время Андреев написал другой вариант последней картины. Вместо кабака - гулкие комнаты опустевшего дома, вместо пьяниц - толпа наследников. Какими бы ни были декорации последней сцены, они несут зрителю закономерный финал - смерть Человека.
Пьеса у Леонида Андреева получилась довольно мрачной. В жизни человека бывают взлёты и падения, ждут его любовь, богатство и признание, болезнь и несчастье... но итог всегда один.

Эту пьесу Чехов написал незадолго до смерти, а если точнее, она была закончена осенью 1903 года, поставлена на сцене театра в начале 1904-го, а в середине 1904-го Антон Павлович покинул сей бренный мир. Его символичная последняя работа стала предвестником краха империи (строго говоря, наставшего лишь в 1917-м) и надежды на новое светлое будущее. По всем известному сюжету хозяйка имения, окружённого вишнёвым садом, возвращается в Россию после долгого отсутствия, чтобы разобраться с долгами. Долги требуют от неё попрощаться со своим славным прошлым и со славным образом жизни, научиться зарабатывать и экономить деньги, иначе говоря, стать совершенно новым человеком — что для неё, разумеется, невозможно. Поэтому вся пьеса — это затянувшееся прощание, смешанное с пустыми надеждами, нелепыми идеями спасения и болтовнёй ни о чём.

Я очень хорошо представляла себе, о чём «Вишнёвый сад», когда открывала пьесу, но, начав, поняла, что это будет моё первое чтение. Мне не стыдно признаться, что я не читала этого произведения, ведь сюжет его настолько широко разошёлся, что я сама даже не подозревала о нашем не-знакомстве. «Вишнёвый сад» оставался актуальным более 100 лет, да и сегодня — несмотря на то, что сейчас будто нет такой мощной смены эпох, как это было в начале XX в., — он всё ещё может сильно впечатлить. Если взять самый поверхностный пример, то столкновение цифровой и аналоговой эпох нынче в самом разгаре, или, ещё пример, вокруг полным-полно людей, тоскующих по славному советскому детству — хотя они лишились этого «дома» больше 30 лет назад. В корне своём это конфликт между людьми, что погрязли в прошлом, называя свою неспособность двигаться сентиментальностью, и людьми, что всей душой устремлены в будущее, где их уже поджидает счастье, — такой конфликт всегда актуален. Первые проигрывают вторым, потому что в эпоху перемен уже ничего не будет так, как прежде, а вторые, на мой взгляд, проигрывают третьим — людям, что помнят о прошлом и планируют будущее, но живут как раз настоящим, осознанно и счастливо, здесь и сейчас. Впрочем, это уже другая история.

В пьесе много персонажей, но для галочки выделю основных: Раневская Любовь Андреевна — хозяйка имения; её брат Гаев Леонид Андреевич; её старшая приёмная дочь Варя и младшая родная дочь Аня; значимые гости — это Лопахин Ермолай Алексеевич, купец из простого люда, и вечный студент Трофимов Пётр Сергеевич. Остальные, пожалуй, не стоят упоминания.
Забавно, что разные читатели будут обращать внимание на разные группы персонажей в пьесе. Вангую, что юные читатели окажутся до смерти раздражены из-за Гаева, будут высмеивать Любовь Андреевну и считать отвратительным Лопахина — потому что ценности этой группы персонажей старшего поколения слишком сильно противоречат идеалам юношеского максимализма. У Гаева это безответственность (хорошая ценность, дайте две), поверхностность и фатализм, у Любови Андреевны — сентиментальность и слабохарактерность, замаскированная под доброту, у Лопахина — прагматичность. Группа персонажей молодого поколения — Варя, Аня и Петя Трофимов — понравятся юным читателям намного больше. Особенно Аня и Петя — люди нового времени, готовые двигаться в ногу с ним, искать себе работу, покорять новые вершины, настроенные оптимистично, но не теряющие связи с реальностью.
И наоборот, читатели постарше смогут оценить тех персонажей, что уже повидали жизнь, а молодых персонажей — счесть поверхностными и скучными. Не хочется показаться эйджисткой в духе маркетингового отдела спотифая за 2025 год, но эта пьеса написана так хорошо, что разные поколения читателей наверняка увидят персонажей ощутимо по-разному в зависимости от своего жизненного опыта. И это хорошо, это уже ставит пьесу на уровень выше, чем обычное литературное произведение, заполненное явными авторскими предубеждениями.
Например, лично мне очень нравится Варя. Хотя у нас есть небольшая разница в возрасте, мне кажется, мы с Варей очень близки по характеру. Технически она тоже относится к молодому поколению персонажей — и всё же стоит особняком: Варя не легка на подъём, ей тяжело подстроиться под новые реалии — но и в старых она уже не может жить. Она не закостенела в прошлом, но и не готова нестись вперёд сломя голову. Из всех «зелёных юнцов» она единственная, кто стремится к безопасности и стабильности, а выбранное ею будущее скучно, ведь не сулит ни проблем, ни достижений. Сначала вокруг неё ещё витала идея замужества, однако было больше слов, чем дел, ведь на словах Варя преувеличенно колебалась между замужеством и уходом в монастырь, а на деле решительно выбрала работу экономкой в чужой семье. И знаете что? Из всех персонажей Варя самая способная, трудолюбивая, осторожная, стрессоустойчивая (ну или она мне настолько нравится, что я готова преувеличивать её достоинства и преуменьшать недостатки — такой вариант тоже не исключаем); она осознаёт, что ограничена полом и возрастом, поэтому выбирает оптимальный вариант в данных условиях. Да, такое мало кого вдохновит, но я уважаю подобную зрелость и осознанность — как в персонажах, так и в людях, — ведь именно те, кто живёт настоящим, быстрее всего открывают для себя секрет счастья. Счастье, в конце концов, — это не что-то далёкое, не результат каких-то тяжёлых усилий, счастливым можно стать здесь и сейчас, стоит только захотеть. Впрочем, что-то я увлеклась, Варя не продвигала таких дешёвых лозунгов о счастье («дешёвых» только потому, что сейчас их нечем подкрепить), у неё просто была очень осознанная и зрелая личность из тех, что я люблю, а они зачастую именно так и живут.

Остальные персонажи все четыре акта от души страдают из-за грядущих перемен, кто-то радостно, кто-то горестно, но в целом страдают все и как такового межличностного конфликта здесь нет (если не считать тот, что я упомянула во втором абзаце: когда сталкиваются люди, ностальгирующие о прошлом, и люди, живущие мыслями о будущем). Двигателем сюжета становится смена эпох, когда «будущее» грубо сталкивает «прошлое» с нагретого места. А главный конфликт можно описать как внутриличностный: каждый персонаж сложным образом переживает эту самую смену эпох внутри себя, в конце принимая то или иное решение. Между персонажами много взаимодействия, но мало взаимного влияния.
А самое грустное, что молодое поколение в конце слишком легко отказывается от прошлого, а старшему поколению слишком тяжело с ним попрощаться, даже когда прощание неизбежно. Насколько это жизненно и правдиво! Ведь с возрастом пластичность мозга ухудшается и всё труднее принимать что-то новое, принимать перемены в собственной жизни просто в силу физиологических изменений. Насколько же Чехов был наблюдателен!.. Размышляя так во время чтения, я вывела самого нереалистичного для себя литературного персонажа — и это не волшебник, не единорог и даже не парень с синдромом принца, которому нужно вечно без жалоб спасать свою принцессу, а именно взрослый или даже старый герой, который обожает всё новое и в силу просвещённости хорошо разбирается в нём, а также с лёгкостью отпускает всё старое, — нереалистичный, но такой привлекательный… А дочитав пьесу, с ужасом осознала, что ближе всего из персонажей к этому описанию — тот самый Лопахин, прагматичный делец, которого я поначалу считала скрытым злодеем истории. С самого начала пьесы он всегда противостоял хозяйке, и его подстрекательский характер мне не нравился, но под конец он осуществил свой замысел — и это показало, что у него есть не только деловая хватка, но и смелость перекраивать мир по-новому. Впрочем, он мне так и не понравился, ведь Лопахин зациклен на собственном статусе, ему важнее не новизна мира, а утверждение собственного чувства превосходства, когда он успешно меняет мир. (Так что мой привлекательный, но нереалистичный литературный герой, к счастью, так и остался общим описанием без имени). Это как-то нелепо и смешно — быть таким талантливым и ограниченным одновременно.

Вообще мне любопытно: почему Чехов называл эту пьесу комедией — вопреки её грустному содержанию? Если подумать, то в целом здесь нет такого персонажа, который был бы защищён от насмешки из-за манеры поведения или нравственных ценностей: они все говорят глупости, легко верят чужим глупостям, паясничают и жеманничают, превращаясь из компании высокообразованных потомственных аристократов с тонкой душевной организацией в шайку придурошных и сердешных великовозрастных детишек, драматизирующих на ровном месте. Это забавно, если смотреть издалека, но грустно, если углубляться в заботы каждого отдельного персонажа.
Впрочем, на самом деле меня больше интересует, как эта пьеса воспринималась в 1904 году? Может, кто подскажет, где об этом почитать? Из того, что я знаю, это был успех, и пьесу не раз ставили на сцене. Но какова была психология толпы в те времена? О чём зрители думали, глядя на Лопахина, какой им казалась Любовь Андреевна? Были ли у той толпы любимчики и злодеи? Если после первого акта даже мне казалось, что Лопахин — несомненный антагонист, то в 1904-м актёра, исполняющего его роль, могли бы закидать тапками; а актрису, играющую роль Любови Андреевны, — превознести до небес и расцеловать. А вот Тромифова наверняка превозносили в послереволюционные времена, но сегодня он выглядит как бессильный мечтатель (или это только в моих глазах?). Интересно…

Подводя итоги, замечу для себя на будущее, что это моё первое знакомство с Чеховым-драматургом (если уж я эту пьесу не читала, то что уж говорить про остальные), но никогда не поздно начать исправляться. У меня как раз стоит на полке чеховское собрание сочинений, которое исполнит все мои желания, когда-нибудь.

P.S. А ещё есть очень красивый комикс, который взял эту пьесу за образец, но там весь цикл читать надо. Впрочем, читайте, не посмеётесь — так поплачете.

Люди здесь находятся на дне социального мира. Они живут в самых дешевых ночлежках на нарах. Но их жизнь всё равно течёт, не останавливается. Они живут, мыслят и даже умирают здесь. Среди жителей самого низа есть философы, которые понимают кое-что в жизни этой. В этой пьесе есть такой человек - старичок Лука. Он рассказывает немного о жизни и даёт советы постояльцам. Тут нет не важных персонажей. Но есть несколько основных.

Это было довольно поучительно. Тут есть над чем подумать. Есть много философских тем и мыслей.

Для меня пьесы казались запретным чтением. Почему-то я думал, что они недалеки от стихов. Каким же тёмным показался я даже сам себе. Оказалось, что этот жанр очень даже читабельным, увлекательным и даже затягивающим.

Книга эта поначалу была мне непонятна, в силу моего мало опыта в пьесах. Но примерно через четверть объёма она стала мне очень интересна. Страсти, которые здесь разгораются, могли встретиться в любом обществе. Но люди здесь вынуждены жить скученно и как-то взаимодействовать между собой. Они любят, хотят выбраться со дна, мечтают, а кто-то сдаётся совсем.

Небольшая предыстория. В школьное время я читала не так уж много, как хотелось, но на фоне одноклассников это "не так уж много" было куда значительнее (тех, кого вообще хоть как-то привлекали книги, можно пересчитать по пальцам одной руки, что было очень грустно и из-за того, что мне даже толком не с кем было обсуждать книги). И из-за этого на литературе у меня были некоторые "привилегии", одной из них было то, что у могла читать не всё, что нужно было бы. Так я благополучно увернулась от всех военных книг (что, кстати, никак не повлияло на то, как я сдавала ОГЭ и ЕГЭ, так как я без каких-либо проблем брала даже относительно сложные темы и хорошо их расписывала) и от нескольких пьес. В целом против пьес ничего не имею, но именно к тем душа не лежала, если так можно выразиться. Так что "На дне" так и завалилась куда-то на дно моих желаний, и была на том дне сколько-то времени, хотя тогда и пыталась её дочитать пару раз. Сейчас же я увидела аудиоспектакль ИДДК (а это уже большой стимул сам по себе) по этой пьесе и поняла, что это точно поможет дочитать её. И, в принципе, так и получилось.

Сразу же посоветую эту книгу всем тем, кому интересно прочитать о том, каким был быт тех, кто оказался на социальном дне из-за раззорения или того, что уже родился в такой среде и так не выбрался со дна. И о том, как это "дно" выглядело в самом начале двадцатого века.

И также посоветую эту книгу тем, кому и без того нравятся произведения Горького. Настолько помню, и в других работах автора есть эта же атмосфера "наприглядные факты, о которых не молчат".

И посоветую аудиоспектакль ИДДК всем и тем, кто хочет познакомится с миром аудиокниг, и тем, кто уже полюбил этот формат. ИДДК, как всегда, на высоте.

"Почему же тогда только три звезды?" Да просто потому, что меня не заинтересовала эта тема, а атмосферой самой истории не прониклась, хотя и оценила её. Ох, а количество героев меня вообще убило, так ещё и с именами (у меня вообще в любых обстоятельствах и книгах есть проблемы с запоминанием имен, если их слишком много) были какие-то интересности — то по имени зовут, то прозвищем, то ещё как, а ты пойми, где про кого.

Вообще я так думаю, что на сцене или на экране эта пьеса была бы намного занятнее и проще, чем в аудиоспектакле или на бумаге. В целом это логично, так что советую эту учитывать, если вы будете читать эту книгу не по желанию, а по принуждению.

В общем, неплохая пьеса про плохие времена и не слишком хороших людей. Не советую, но и не отговариваю от чтения этой книги

К своему стыду признаюсь, что несмотря на свой многолетний интерес к драматургии и пиетет в отношении Антона Павловича, пьеса «Три сестры» до сих пор для меня была терра инкогнита, причём во всех смыслах: не смотрел, не читал, и даже с сюжетом не был знаком — здравствуй, сюжет, давай знакомиться!

Понятно, что лезть вглубь закопанных смыслов и пытаться проводить глубокий анализ всего событийного ряда означало бы терпеть явное фиаско, ибо пьеса настолько на слуху и на виду у многочисленной армии читателей и зрителей, что подвергалась атаке серьёзных и профессиональных критиков и рецензентов десятки и сотни раз. А может и тысячи — смотрю на статистику сайта — более тысячи прочитавших и четыре десятка рецензий.

Но пара мыслей вслух всё же прозвучит. Описываемое семейство Прозоровых не умеет отделять мечтания от практики жизни. Вернее, не умеет превращать свои мечтания и радужные надежды в жизненные реалии. Мечтаем об одном, а живём иначе, ничего не предпринимая для того, чтобы превратить мечты в программу действий для достижения целей.

Ну и конечно, неумение противостоять воинствующему мещанству — это касается отношений с супругой Андрея — Натальей Ивановной. Которая вписалась в дом и постепенно сначала вкрадчиво, а затем уже попросту решительно и нахально подчинила себе всё и вся. Вот уж кому было не занимать большой АЖП (активной жизненной позиции, чтобы вы не мучились расшифровкой двусмысленной аббревиатуры), эта знала, чего хочет, и всё делала для достижения своей простой приземлённой цели.

К сожалению жизнь довольно многих людей и бывает похожа на горение палочки бенгальского огня — вспышки, искры, феерия света и чувств… а потом ничего кроме кривого холодного, некрасивого в своей пупырчатой горелости праха.

Хорошая пьеса. И отличный вариант аудиоспектакля, который мне достался.

Чехов открылся с новой стороны, пьеса очень отличается от привычного мне Чехова в рассказах, и не в лучшую сторону, на мой взгляд. Ощущения от происходящего можно описать парадоксом "суетливая скука". Герои тухнут, чахнут, не живут. Точнее, живут ожиданием счастья где-то там, в другом месте, в другое время, с другими людьми и другими занятиями. Люди, у которых в жизни немало хорошего, они образованы, в достатке, могут выбирать как им жить и чем заниматься - казалось бы, явно не безвыходное положение. Они выбирают, но как оказывается, выбирают не то. Это "не то" становится девизом жизни, всё не то и всё не так. Заложники своих заблуждений, страхов, ожиданий. Время идет, что-то меняется, но мираж счастья каждый раз отдаляется вновь и вновь. Они будут счастливы когда-нибудь потом, но не сейчас, пока - самое время печалиться.

Мне не понравилась пьеса, ее неприятно читать. Эти зыбучие пески, это болото стонов, слёз и сетований затягивает в никуда. Вполне понятные человеческие черты и пороки описывает Чехов, но то, как это преподнесено заставляет поморщиться. Персонажи тоже в полной мере не раскрыты: Наталья, например, на ровном месте стала таким воплощением стервы. Конечно, можно многое додумать и предположить, но это уже другое. Мораль (если я ее правильно поняла) тоже своеобразно в произведении проявляется и неоднозначно может быть истолкована.

Не пустое чтение, конечно, есть интересные мысли. Но не моё, по крайней мере в такой подаче.

Полвека отделяет пьесу Найдёнова от «Грозы» А. Н. Островского. Но в изображаемой купеческой среде, похоже, мало что изменилось. Не случайно купечество было самым консервативным сословием русского общества.

Итак, действие снова разворачивается в городе на Волге, правда, на этот раз в городе безымянном. Снова показана патриархальная семья в состоянии кризиса. Семья, как известно и как ни банально это прозвучит, – ячейка общества, потому в ней, как в капле, отражается целое – общественный кризис начала ХХ века.

Купец Александр Егорович Ванюшин – глава большого семейства. Человек серьезный, строгий, требовательный. У такого не забалуешь! «В нем есть что-то подавляющее, гнетущее, исключающее впечатление человека доброго и простого, хотя этими качествами старик наделен природой в достаточной степени».
Во главу угла Ванюшин поставил деньги, пренебрёг иными ценностями. «Только торговля на уме-то... Бога забыл», – сетует его жена. Но, вместе с тем, человек он не жадный: постоянно кормит обедами Щёткиных, обрывает недовольного этим сына: «А тебе жалко?». Как и любому в его среде, Ванюшину очень важно общественное мнение. Поэтому-то надо и муку покупать не менее чем на 60 рублей, и скрывать ото всех, что у дочки семейная жизнь не заладилась, и при любых обстоятельствах делать вид, что в доме всё идёт хорошо. Ради успешной торговли, получения кредита и сохранения репутации старик готов даже пожертвовать судьбой сына.

Действительно, внешне в доме Ванюшина всё чинно и благопристойно. Но какие же там разыгрываются бури!

Нет в семье тепла, душевности. Например, семейный обед проходит молча, в какой-то гнетущей атмосфере, и это при том, что глава семьи на сей раз в на редкость хорошем расположении духа. Ванюшин и хотел бы сказать ласковое, ободряющее слово дочери, брак которой потерпел крах, да не умеет, вместо этого только обижает ее, ведет себя бестактно. Вот почему дети побаиваются отца, при его появлении разбегаются, предпочитают не показываться ему на глаза.

Не радуют старика дети, совсем не радуют. А ведь старался для них, кормил, одевал, всем образование дал, обо всех позаботился, как мог, как разумел. Старший, Константин, «вечно хмурый, недовольный», – сплошное разочарование: у него нет ни малейшей склонности и интереса к отцовскому делу. Эгоистичный и озлобленный, он кичится своей образованностью, но образование не обеспечивает ему высокой нравственности. Как цинично он предаёт Леночку! И ни малейшего раскаяния. Младший сын, Алексей, изгнан из гимназии, волочится за недостойной, с точки зрения отца, женщиной. С дочерьми тоже не всё просто. Клавдию «пять лет замужества состарили и искалечили», ее муж, хамоватый чиновник, всё время требует с тестя деньги. Людмила вообще опозорила родителей, сбежав через неделю после свадьбы от пьяницы-мужа. Аня и Катя еще подростки, но и в них чувствуются дурные задатки: уж больно девчонки любопытны и непочтительны с матерью.

Ванюшин искренне переживает за детей, что «все врозь», не приспособлены к жизни: «Несчастные, все несчастные!.. Души у них у всех несчастные». Вовсе не злой он человек, и горько ему оттого, что не находит ни в ком понимания и сочувствия: «Для них старался, для них делал -- и всем врагом стал. (…) Грозен, боятся... А знают ли они, как смотреть-то на них жалко? Не чувствуют, ничего не чувствуют... Словно не отец я им». И для чего он тогда жил? Ведь все его старания и труды просто утрачивают смысл.

Причину сложившейся ситуации объяснит ему Алексей:

Финал пьесы мне показался несколько «чрезмерным», что ли, не соответствующим общей «температуре» действия. Но вот оглушающее одиночество отца семейства в многолюдном доме, его драму автор дал возможность прочувствовать в полной мере. Ванюшин очень поздно осознал, что время упущено, что дети выросли не такими, как ему хотелось, сформировались фактически без его отцовской заботы, без интереса к ним, к их жизни, мыслям, надеждам. Заботясь о материальном достатке, он никогда не задумывался, кто чем дышит, что любит, о чем мечтает. По-своему любил детей, но совершенно не умел проявить свою любовь (драматург неоднократно акцентирует на этом внимание). И вот теперь он чувствует свою вину, жгучее раскаяние, но уже ничего не переиграть. Его уже не волнует, «что люди скажут», как в начале пьесы. Теперь важнее, что с душами детей, а там «тьма, корысть да вражда. Деньгами тут не поправишь». Думаю, вот это прозрение и острое переживание своей вины и подтолкнуло его к последнему поступку. А «событием-откровением» стала для него исповедь и последующее причастие в храме, во время которого он плакал так, что «на всю церковь слышно было». Не случайно автор показывает, что дом Ванюшина окнами обращен к храму: для старика оказывается возможным внутреннее очищение.

С. Найдёнов обличает купеческий уклад, косный, замшелый, тёмный, основанный на домостроевщине. Причина распада семьи, разрыва связей между поколениями видится не столько в характере ее главы, сколько в той надличностной силе, жертвами которой становятся абсолютно все герои пьесы. Силе, определяющей жизнь купеческого сословия, побуждающей служить «золотому тельцу», жить с оглядкой на людское мнение, ради торговых интересов жертвовать счастьем своих близких.