Последний дюйм

А Фероне – где он и что с ним станется?
Я все вспоминаю его слова: «Почему вы считаете себя какой то особенной? Только потому, что вы учительница?» А на самом деле он хотел сказать: «Вы – человек особенный, вы – учительница. Вот и научите меня, помогите мне. Я заблудился и устал взбираться вверх по лестнице, ведущей вниз».
Я тоже.

нельзя выучить человека танцевать по - настоящему, это он только сам может

Я не в настроении сейчас, — говорю. И на самом деле я был совсем не в настроении. А без настроения ничего делать нельзя.

...книга, не доставившая мне особенного удовольствия, — это «Война и мир» м-ра Толстого. Она слишком длинная, чтобы ее можно было прочесть, и в ней слишком много героев с похожими фамилиями

Как далеко все, что я встретила в школе, от нашей комнатки в общежитии Лайонс-Холл (неужели это было всего четыре года назад?). Как далеко все это от нашей университетской библиотеки, от Чосера! Как безнадежно далеко от учебника педагогики и от лекций профессора Уинтерса о психологии юношества. Я встретилась с юношеством лицом к лицу. Профессор Уинтерс наверняка никогда учеников в глаза не видел.

Уж если преподаватель решил что-нибудь сделать, его не остановишь. Всё равно сделает по-своему.

Ведь может случиться, что кто-то, кого ты вдруг увидела на платформе в метро, послан тебе судьбой, но он едет в другую сторону. И вы никогда больше не встретитесь.

Наверно, я бы раньше сообразил, что она дура, если бы мы столько не целовались.

Глупо внушать н о в ы е мысли человеку, когда ему скоро стукнет сто лет. Да они этого и не любят.

Лучше бы некоторые вещи не менялись. Хорошо, если б их можно было поставить в застекленную витрину и не трогать.

Беда с этими умниками. Никогда не могут серьезно поговорить с человеком, если у них нет настроения.

В крышке от унитаза и то больше чуткости, чем в этом самом Эрнесте!

People never think anything is anything really. I'm getting goddamn sick of it.

Who wants flowers when you're dead? Nobody.

You take somebody that cries their goddam eyes out over phony stuff in the movies, and nine times out of ten they're mean bastards at heart.

Послушание и молчание — вот что у нас особенно ценится. А вот энтузиазм не вызывает энтузиазма. Он таит в себе опасность излишних треволнений.

А я думала: правильно ли я все рассчитала? Я - душа, режиссер этой комедии. Я смогу остановить её в любую минуту.

Всё это модные, но дешевые рассуждения.