Так держать, Дживс!

Я вновь по­ду­мал о го­ря­чем вис­ки. Чем боль­ше я о нём ду­мал, тем силь­нее мне хо­те­лось его вы­пить. Стран­ное дело, но в кри­ти­че­ских си­ту­а­ци­ях ка­ждый вы­би­ра­ет себе на­пи­ток по вку­су. Джи­вз обя­за­тель­но ска­зал бы, что се­крет за­клю­ча­ет­ся в пси­хо­ло­гии ин­ди­ви­да. На­вер­ня­ка на све­те су­ще­ству­ют пар­ни, ко­то­рые на моём ме­сте и слы­шать бы не за­хо­те­ли ни о чём, кро­ме эля. Что же ка­са­ет­ся за­ну­ды Пайк, она счи­та­ла под­кре­пля­ю­щей силы жид­ко­стью (если ве­рить лек­ции, про­чи­тан­ной ею по до­ро­ге на ип­по­дром) тё­плую воду или, на ху­дой ко­нец, фрук­то­вую на­стой­ку сле­ду­ю­ще­го при­го­то­вле­ния: в хо­лод­ной воде надо было за­мо­чить изюм, а за­тем вы­жать туда сок ли­мо­на. Я по­ла­гаю, она при­гла­ша­ла на этот на­пи­ток сво­их дру­зей и устра­и­ва­ла ор­гии, а тела хо­ро­ни­ла утром.

Дело в том, что Флоренс Крэй решила во что бы то ни стало подтянуть мой интеллект поближе к своему уровню. Она была девушка с чудесным профилем, но по жабры погружена в высшие материи. А чтобы вам было понятно, о чем речь, скажу, что книга, которую она мне дала, называлась "Типы этических категорий", и, в первый раз открыв ее наобум, я прочитал вверху страницы следующее:
"Постулаты, или исходные предпосылки речи, безусловно, коэкстенсивны по задачам социальному организму, инструментом которого является язык, служа тем же целям".
Это все, несомненно, истинная правда, но не слишком полезная для приема внутрь и с утра пораньше на больную голову.

В наше неспокойное время каждому мыслящему человеку, наверно, приходило в голову, что против тёток пора принимать самые решительные меры. Я, например, давно уже считаю, что надо испробовать все ходы и выходы, но найти какие-то пути к обузданию этой категории родственников. Если бы кто-нибудь пришёл ко мне и сказал: «Вустер, не хотите ли вы вступить в новое общество, которое ставит своей целью пресечь деятельность тёток или хотя бы держать их на коротком поводке, чтобы они не рыскали на свободе, сея повсюду хаос и разрушение?», я бы ответил: «Уилбрахам! – если бы его имя было Уилбрахам, – я с вами всем сердцем и душой, запишите меня членом-учредителем!»