Цитаты из книги Бегущий человек

Повторите-ка свое имя более пятидесяти раз и вы обнаружите, что вы — никто.

...только в книгах люди с первого раза говорят все правильно.

При этом состоянии мира, какой он есть, мы, должно быть, сели не в свой вагон.

Выбирая между гордостью и ответственностью, мужчина почти всегда выберет гордость — если ответственность отнимает его мужественность.

Ругательства - моя слабость.

Повтори свое имя двести раз и поймешь, что нет у тебя никакого имени.

Женская любовь непредсказуема и жестока; это всегда любовь с открытыми глазами, эгоистичная и расчетливая.

Большинство просто шли. На каждом углу стояли полицейские. Ричардс слышал их в своем воображении: «Проходи. Тебе что, идти некуда? Шевелись, вонючка». И так вы шли до следующего угла, который ничем не отличался от предыдущего, и вас опять гнали дальше. Можно было попробовать сойти с ума, но в основном страдали ноги.

На столе у него стояла табличка с надписью следующего содержания:

ПОДУМАЙ! Это может оказаться для тебя внове

Знаете, что я тут слышал в новостях как-то на днях? Хотят принять закон, по которому каждый парень, который ездит на мотоцикле, должен надевать защитное устройство для подбородка. Для подбородка. Господи ты боже мой, нет, вы только подумайте! Какое дело правительству до того, что кто-то хочет сломать себе челюсть?

Фредди, пойми, в сорок лет перестаешь быть молодым. Собственно говоря, молодым перестаешь быть в тридцать, а в сорок перестаешь обманывать себя по этому поводу.

– Сволочи! – Он закричал. – Если вам нравится видеть, как умирают такой страшной смертью, почему бы вам не перерезать друг друга?

На Бене как результат настойчивой заботы Шейлы были заштопанные вдоль и поперек кальсоны, но на многих рядом стоящих мужчинах были только брюки. Через пару минут они уже переминались с ноги на ногу на холодном полу; предметы мужского достоинства забыто висели между ног, как осенние листья.

- Люди сошли с ума, сказал Брэдли, ― они ненавидят черных и бедных, и это длится уже тридцать лет. Но почему? Причина непонятна. Непонятна...

Он остановился у камбуза, попытался собрать кишки. Он знал, снаружи им не нравится. Ни капельки. Они все перепачкались. Ему хотелось поплакать над своими бедными кишками, они ничем не заслужили такого обращения.

Что же тогда жизнь? Если все это только игра, настольные гонки, то разве не правильно будет броситься под колеса? Но что потом? Ведь жизнь всего лишь прелюдия. Прелюдия к аду.

- У меня есть человеческое достоинство и гордость. А у вас есть гордость, доктор?
- Когда конец близок, никакой гордости не остается, - сказал врач, снова щелкнув ручкой.

— Вводишь в компьютер ПН, пункт назначения, и Отто [автопилот] берет управление на себя, благо ему помогают наземные радарные установки. Пилоты теперь нужны лишь для того, чтобы поднять и посадить самолет. Ну и на случай чрезвычайной ситуации.

— А что вы можете сделать, если такая ситуация возникнет? — спросил Ричардс.

— Мы можем молиться, — ответил Холлоуэй.