
Вьетнамский кошмар
Брэд Брекк
4,3
(41)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Роман-воспоминание бывшего солдата, служившего во Вьетнаме в отделе по связям с общественностью. Давно не встречал такого многословия. Какие-то бесконечные описания событий, для которых хватило бы несколько строчек, растягиваются на 5-6 страниц. Причем мешанина из сюжетов, событий, приключений, траха, алкоголя, стрельбы, кишков, мяса и крови. А т.к. служба идет в тылу, то несколько рейдов, на которые попадает автор в качестве журналиста, превращаются в длиннейшие бевые эпопеи. В какой-то момент просто затошнило...
Да, перевод весьма средний. Текст все-таки вычищен редактором и читается довольно гладко, но с терминологией даже не попытались поработать. Пишут, вместо "пулемет 50 калибра" или "пулемет калибра 12,7", "пятидесятикалиберный пулемет" или "двенадцатикалиберный пулемет". Блин, это не по русски! И пулемет 50 калибра и калибра 12,7 - это один и тот же пулемет, просто в разных обозначениях! Или описание полета - "Мы летели на самолете "Бранифф-707"". Это уже вообще ни в какие ворота, Бранифф - авиакомпания, а Боинг-707 самолет! Это как если у нас написать "Мы летели на самолете "Аэрофлот-154".
В общем, я не осилил...

Брэд Брекк
4,3
(41)

Исключительно интересная книга. Автор не просто рассказывает о своей жизни до, во время и после войны. Он анализирует свою жизнь и делает выводы. Вьетнамская война сильно повлияла на поколение Брекка и автору есть, что рассказать читателю.
О вере и религии:
"Да, я верю в Бога. Но не в церковную догму. Никакая церковь не укажет мне, что делать, как жить, во что верить, как молиться, как управляться со своей жизнью, как чувствовать себя грязной виноватой свиньей по поводу естественного положения вещей."
О войне:
"Войны всегда начинают старики, а воюет и умирает молодежь... Может быть, если бы на войне воевали сами политики, которые их развязывают,тогда было бы меньше войн. Пусть старики воюют и умирают за свои убеждения, и пусть молодые сами распоряжаются своей жизнью".
О жизни:
"Кто познал поражения, испытал страдания и понес потери, но нашел выход с самых глубин этого трудного процесса, тот самый прекрасный человек на нашем пути".
О любви:
"Хорошие отношения предполагают наличие двух полноценных личностей, которые решают - но не обязаны - быть или не быть отношениям, и при этом понимают, что каждый из них может обойтись без другого. В противовес этому существует путаница и подмена понятий, когда оба человека убеждены, что не могут обойтись друг без друга."
О насилии:
"Если человек все время оступается, если у него нет ни совести, ни моральных устоев, способных сдерживать его, то тогда он может обнаружить в самых темных глубинах своей души способность убивать - и способность получать от этого удовольствие, - качества, которые в себе он даже не подозревал"...
О грехе и искуплении:
"Мы все совершаем дурные дела, то есть мы все грешники и, значит, не совершенны. Но мы спасаемся от зла с помощью здорового чувства стыда и вины... Не грех делает людей испорченными, но отказ от признания его, а также отсутствие стыда, чувства вины, сострадания и способности любить".
О порочных людях и их глупости:
"Для порочных людей характерно называть порочными других. Не умея признать собственное несовершенство, они заявляют, что в их изъянах виноваты другие. И если потребуется, они растопчут во имя справедливости".
По приведенным цитатам может сложиться впечатление, что книга состоит из общих мест и рассуждений автора. Это не так. Повествование книги динамично и содержит объемный фактический материал. Книга автобиографична и наполнена реальными персонажами, болью, грязью, кровью и пороками. Основываясь на собственном опыте и жизнях своего окружения автор подмечает и делает выводы.
Если не ошибаюсь, именно "Вьетнамский кошмар" послужил основой для художественного фильма "Цельнометаллическая оболочка". Во всяком случае, сходных моментов в фильме и книге довольно много. Но, в отличии от фильма Кубрика, книга реалистичней, многогранней и неполикоректней.
То, что пишет автор о США довольно точно характеризует политику этой страны и в наше время:
"Мы отвращаем свои взоры в сторону и вливаем миллиарды долларов в еще одну ненужную войну и убиваем арабов на другом конце планеты вместо того, чтобы в первую очередь помогать нуждающимся здесь, дома. А так как мы не можем заниматься мирными вопросами, это лишний раз доказывает, что мы превратились в поджигателей войны.
Мне кажется, мы потеряли свой путь, растеряли свои основополагающие ценности".
Рекомендую к прочтению.
Прошу прощения за многочисленные цитаты.

Брэд Брекк
4,3
(41)

Бёрнсу удалось бросить гранату, но взрывом гранаты-ловушки ему оторвало правую руку ниже плеча. Его голову изрешетило осколками им же брошенной гранаты — она упала слишком близко.
Рота залегла под перекрёстным огнём противника.
Сквозь губительный огонь санитар Рэйф Хансен кинулся на помощь Бёрнсу. Пули свистели с обеих сторон, но Хансен кое-как перебинтовал раны и вколол Бёрнсу полную дозу морфина.

Ожидая на взлётной полосе рейс в Фан Ранг — базу ВВС на побережье — я познакомился с парнем, просидевшим полгода в лонг-биньской тюрьме.
На вопрос «за что?», он ответил: «Потому что один занудный офицер нашёл мою коллекцию азиатских глаз и зубов, вот и всё».
Он освежевал много партизан и солдат СВА, уничтоженных его взводом. Выдавливал глаза и складывал в больничные банки с водой, плоскогубцами выдирал золотые зубы и хранил в кожаном мешочке для последующей продажи. Он успел собрать три банки с глазами и 24 золотых зуба, когда его застукал командир взвода. Парень очень обижался на этот счёт. Срок, проведённый в кутузке Лонг Биня, не засчитали за время его службы во Вьетнаме. Этот срок оказался потерянным временем, и ему всё ещё предстояло трубить восемь месяцев.
— Грёбаное офицерьё! Почему вся радость от войны только им, — ворчал он.

Я пожалел, что со мною рядом нет девушки. Мы взялись бы за руки, и пошли бы гулять, и я подарил бы ей Луну, и Солнце, и сердце, и показал бы ей своё любимое место, откуда я смотрю на звёзды, и я повалил бы её в темноте, и мы вместе слушали бы сверчков и другие мирные звуки ночи…









