– Значит, были в кутузке? – спросил вдруг Смит.
– Прошу прощения?
– В тюрьме. В каталажке. Полно слов на разные буквы, обозначающих плохую кормежку, никакой ночной жизни, неадекватные средства гигиены и ограниченные возможности перемещения.

– Доктор Гаскелл все твердил, что вы монстр, – сказала она. – Это правда?
– Не думаю, – ответил Тень.
– А жаль, – сказала она. – С монстрами всегда знаешь, как обстоят дела, верно?
– Вы знаете?
– Абсолютно. Под конец дня попадешь на обед. Только не ты будешь обедать, а тобой пообедают.

Even dreams, the most delicate and intangible of things, can prove remarkable difficult to kill.

На этот раз, проживая опять свою жизнь, человек узнал о результатах своих поступков - поступков, которые он совершал вслепую, не задумываясь о последствиях. О том, сколько боли он доставил миру - сколько вреда он причинил людям.....

Я уехал на первом же утреннем поезде. Прямо напротив, сидела женщина с ребенком. Ребенок плавал в формальдегиде, в огромной стеклянной банке. Ей нужно было его продать, причем, как можно скорее, и, хотя я кошмарно устал, мы проговорили с ней всю дорогу: и о том, почему она хочет продать ребенка, и вообще обо всем.

Было зябко, но Тень уже начинал привыкать, что внутри здания холоднее, чем снаружи. Он спросил себя, как же строители добиваются такого эффекта и не секрет ли это английской архитектуры.

Она говорит, и пока говорит – свободна.

Что-то есть в стариках такое... когда они плачут, как дети... тебе отчего-то становится стыдно.

Эти люди должны знать, кто мы. Они нам скажут, что мы еще здесь.

Меня беспокоило, что я обрастаю вещами. У меня было стойкое ощущение, что мне нужно, наоборот, избавляться от всех вещей. Если уж путешествовать, то налегке.

Я тоскую, почти как Пьеро, а это – не дело для арлекина.

- это принц Франц Драго из Богемии. он прибыл сюда, в Альбион, в качестве гостя Ее Величества Виктории. Для отдыха и осмотра достопримечательностей...

• театров, притонов и публичных домов, вы хотели сказать?

if we do not fight to create a future there will be no future for any of us.

Он воображал, будто Шотландия - мягкий край, сплошь вересковые пологие холмы, но здесь, на северном побережье, все казалось угловатым и зазубренным, даже серые облака, что неслись по бледно-голубому небу. Словно проступают кости мира.

Он сам не понимал, чего ищет. Знал только, что ещё не нашел, хотя временами - на горном склоне, на утесах или у водопадов, - уверялся, что неведомое искомое совсем рядом: за гранитным выступом или в ближайшем сосновом бору.

Полагаю, все дело в необъятности. В громадности того, что внизу. В сумраке грез.

Ты ни черта не заметил. А все – потому.
Что весь этот день ты сидел, запершись.
Заняться ничем не мог – листал бессмысленно книги,
А сам все смотрел да смотрел
В сторону телефона
И ждал,
Чтоб я тебе позвонила!

Remember: that giants sleep too soundly; that witches are often betrayed by their appetites; dragons have one soft spot, somewhere, aways; hearts can be well-hidden. and you betray them with your tongue.
Do not be jealous of your sister: know that diamonds and roses are as uncomfortable when they tumble from one's lips as toads and frogs: colder, too, and sharper, and they cut.
Remember your name.
<...>
Do not forget your manners.
Do not look back.

People break so easily, and so do dreams and hearts.