На этот раз я вспомнил про чулок.

Друзья всегда держатся вместе.

Воспоминания своевольны. Если ты прекращаешь гоняться за ними и поворачиваешься к ним спиной, они частенько возвращаются сами по себе.

"Осколки стекла блестели на снегу, как мечта заключённого"

Когда есть деньги, о многом можно не тревожиться.

Там ему случалось ночевать в сарае, просыпаться глубокой ночью, выходить под открытое небо и смотреть на звезды. Их было так много, и он знал, что они были до него и будут после. Мысли эти вызывали у него и ужас, и восторг.

— Время-с-болью, оно другое. И время-в-одиночестве — другое. Соедините их вместе и получите что-то еще, отличающееся от двух первых. Поэтому притворитесь, будто вы — алкоголик, и живите, как они.
— Сегодняшним днем.

в мире полнымполно дураков, которые из кожи лезли вон, лишь бы показать тебе, какие они умные.

Именно плохие воспоминания истончаются первыми. А потом, сказал он, они рвутся и пропускают свет.

Слишком быстро старо поздно.

Они смотрели на тебя и сразу видели: свет горит, но дома — никого.

Воспоминания своевольны. Если ты прекращаешь за ними гоняться и поворачиваешься к ним спиной, они частенько возвращаются сами по себе

Глупость – это тюрьма, выйти из которой невозможно. Каким бы хорошим ни было твое поведение, тебе придется отбывать там пожизненный срок.

— Ты – ослиная жопа, Блейз.

Лоретта Линн пела, что твоя хорошая девушка может стать очень даже плохой. Джордж рассмеялся бы и сказал что-то вроде: «Это точно, милашка, можешь стать плохой и сесть мне на лицо».

Глупость- это тюрьма, выйти из которой невозможно. Каким бы хорошим ни было твое поведение, тебе придется отбывать там пожизненный срок.

Stupid was a prison they never let you out of, no time off for good behavior, you were in for life.

When she passed his desk on her way to the door (seventh-graders were in another room), he gave her a smile. And she smiled back. Blaze folded that smile, put it away, and kept it for years.

Sometimes he would look at the sky in the spring and see a bird, and it might make him happy, but just as often it felt like something inside him was getting small and ready to break.