Ex Libris. Умберто Эко. Собрание сочинений в четырех томах. Том 2. Маятник Фуко

Изменять весь текст с помощью двух-трех поправок. Демиург на чужом горбу. Чем подготавливать сырую глину, мять и выделывать ее, — несколько легоньких щелчков по терракоте, из которой уже сформована статуя. Добавь последний штришок, дай разок молотком по голове, она превратится в Моисея, заговорит.
Должен зайти в издательство Уильям Ш.
— Просмотрел вашу вещь, очень, очень неплохо. Умело выстроено, есть напряжение, драматизм. Это у вас первый опыт?
— Нет, я вообще-то уже написал одну трагедию про двух любовников из Вероны, которые…
— Лучше поговорим о вашей новой работе. Я вот думаю, почему действие должно разворачиваться обязательно во Франции. А не в Дании, например? Условно говоря? Не так уж много пришлось бы менять. Два-три топонима. Замок Шалон-на-Марне превращается, ну скажем, в замок Эльсинор… Северный колорит, протестантство, витает тень Кьеркегора, такое, знаете, экзистенциальное напряжение…
— А может, вы и правы.
— Мне кажется так. Потом тут надо бы немножко пройтись по стилю. Чуть-чуть, несколько мелких поправок, вроде как делает парикмахер прежде чем приставить зеркало к затылку… Вот, к слову, призрак отца героя. Почему он выходит в конце? Я бы, откровенно говоря, выпустил его в начале. Так, чтобы отцовский дух постоянно потом присутствовал и влиял на поведение его сына, принца. Тогда будет яснее и конфликт с матерью.
— В этом что-то есть. И надо только одну сцену перенести.
— Вот именно. Наконец, вопрос стиля. Возьмем любой кусок на пробу, например, когда молодой герой выходит на просцениум и заводит это свое рассуждение насчет действия и бездействия. «Действовать или нет? Вот что надо бы мне решить; сносить бесконечные нападки злобной судьбы…» Почему это только ему надо решить? Я сказал бы, в этом вообще состоит вопрос, понимаете, не его личная проблема, а основной вопрос экзистенции. Так сказать, выбор между бытием и небытием, быть или не быть…
Населяешь мир детищами, которые будут носить чужие фамилии, и никто не узнает, что они твои.

- ... Там есть про лекарственные травы и про то, как создать гомункула, как Фауст и Елена Прекрасная, ой, Якопо, давай и мы создадим, мне так хотелось бы гомункула от тебя, будем его держать в коробке, как хомяка. Это совсем не трудно, там написано, что нужно набрать в банку мужское семя, тебе ведь не жалко для меня, ну не красней, я тебя прошу. Потом надо перемешать это семя с гиппоменой, я так поняла, что это влага, которую сегрегирует… секрецирует… как это сказать?

• Секретирует, - подсказал Диоталлеви.
• Не может быть. Секретировать – это работать секретаршей. Ну неважно, в общем, что выделяет жеребая кобыла. Это самый деликатный момент, можно понять, будь я жеребой кобылой, я не была бы довольна, если бы ко мне полезли за гиппоменой. Можно только надеяться, что гиппомена продается в расфасовке в супермаркете в отделе импортной экзотики, ну где мускусные овечки и прочее. Потом настой преет в горшке в течение сорока дней и прямо на глазах вылупливается такой человечек, вроде зародыша, и еще через два месяца он превращается в очаровательного гомункула и вылезает из бутылки и поступает к тебе на службу, страшно удобно, потому что они никогда не умирают и можно рассчитывать, что он будет приносить цветы тебе на могилу.

— Объясните мне, пожалуйста, ритуальное значение поцелуя в жопу, — попросил Диоталлеви.
— Некоторые современные эзотеристы считают, что тамплиеры исповедывали индийские доктрины. Поцелуй в зад должен был пробудить змея мудрости Кундалини, космическую силу, которая находится в основании позвоночного столба, в половых железах, а после пробуждения достигает шишковидной железы…
— Той, что у Картезия?
— Да, и с ее помощью во лбу открывается третий глаз, способный видеть во времени и пространстве. Вот почему секреты тамплиеров до сих пор изучают.