Цитаты из книги Доктор Фаустус

(Пифагор) впервые с гениальной прозорливостью нарёк вселенную «Космосом», порядком или гармонией, определив её как сверхчувственную систему интервалов, то есть музыку сфер.

(...) пифагорейское истолкование мира известно нам едва ли не только со слов Стагирита.

«Всё должно проверяться разумом, точно камнем мудрости». -(Хр. Вольф).

Когда Адриан корчился от смеха, мне поневоле вспоминалась история, которую я от него же и узнал. (...) Хам, сын Ноя и отец Зороастра-волшебника, был единственным человеком, который смеялся, рождаясь на свет, что могло произойти лишь с помощью сатаны.

Ведь нет мига более счастливого, волнующего, чем тот, когда птенец вылетает из гнезда, когда брезжит свобода, захлопывается дверь школы и мы, покинув старое здание, где росли и воспитывались, входим в мир, простирающийся перед нами.

- Философия — царица всех наук. (...), она занимает приблизительно такое же место, как орган среди музыкальных инструментов.

- Скажи, что, по-твоему, величие? Мне думается, оно страшновато, и выстоять с ним с глазу на глаз — это испытание мужества. Да и можно ли вообще выдержать его взгляд? Нет, нельзя, но он тебя пригвождает.

— Проблема, стоявшая перед Бахом, гласила: «Как возможна гармонически осмысленная полифония?» У новейших музыкантов вопрос ставится несколько по-другому, а именно: «Как возможна гармония, обладающая видимостью полифонии?»

- Аккорд не средство гармонического наслаждения, он — собранная в одно звучание полифония, звуки же, его образующие, не что иное, как голоса.

Шекспир и Бетховен являли собой ярчайшее созвездие его духовного небосвода, и он очень любил указывать своему ученику на примечательную родственность и согласие творческих принципов обоих титанов.

(...) нельзя написать биографию, нельзя показать становление художника без того, чтобы не перенести читателя, для которого пишешь, в состояние ученичества, в состояние начинателя жизни и искусства, вслушивающегося, перенимающего, то проникновенно зоркого, то полного смутных чаяний.

- (...) даже нелепый порядок лучше полного беспорядка.

(...) к его музыкальной реформе вполне применима цитата из Теренция: «Продуманно творить чепуху».

— Великое искусство, — заключил лектор, — оно, как бы в стороне от времени и собственного движения в нём, сумело создать свою особую малую историю и окольными дорогами прийти к столь необычайной одухотворённости.

Ведь музыка и вправду самое духовное из искусств!

«То hear with eyes belongs to love's fine wit» - («Глазами слушать — тонкий дар любви».) - (Шекспир).

Соната опус 111. Сама соната как жанр здесь кончается, подводится к концу: она исполнила своё предназначение, достигла своей цели, дальше пути нет, и она растворяется, преодолевает себя как форму, прощается с миром!

Эти друзья и почитатели (...) оказались просто не в силах перешагнуть вслед за боготворимым маэстро вершину, на которую он (Бетховен) в пору своей зрелости возвёл классическую симфонию, фортепьянную сонату, струнный квартет.

— Праздность, — сказал он, — мать всех пороков.

Берлиоз вводил в свой оркестр шестнадцать разных литавр.