Единственный человек, с которым я умею быть неискренним, — я сам.
Странно, что я узнал о дневниках Джона Фаулза совершенно случайно. Очень люблю "Коллекционера" и уже прочитал всё, что мне было интересно у этого автора.
Несколько дней одержимо читал первый том дневников. С одной стороны, захватывающе. Это и беспристрастная история взросления, и впечатления о прочитанном. А Фаулз читает много. Это сильный характер, даже чересчур самоуверенный. Он убеждён в своей будущей славе, постоянно пишет и переписывает свои произведения. Если часто задумываешься о том, что многие уже что-то значимое сделали в гораздо более юном возрасте, чем ты, то история Фаулза - противоядие. Он добился своей цели, вылез из нищеты, ближе к 40 годам. С другой стороны, его любовные приключения донельзя утомительны. Вроде бы взрослый человек мечется между женщинами и девушками, часто лишь обстоятельства позволяют ему как-то определиться. Я сам пробовал писать дневник, но немедленно бросал, так как хотелось записывать что-то интересное, а в повседневной жизни таких событий мало. Поэтому восхищаюсь Фаулзом, его терпением, искренностью, но много и "воды", которую стремишься скорее пропустить.
Сам герой дневников - сноб, тот тип эгоиста, который любопытен издалека, но я бы не хотел с таким общаться близко. Зацикленный на себе, с холодным разумом коллекционера исследующий, как отреагирует человек на его бесчувственность. Его не волнует будущее дочери Элизабет, которую он выбрал себе женой. Он готов расстаться и с самой Элизабет, если та не найдёт способ куда-то пристроить дочь. Я всегда хотел иметь суперспособность - уметь читать мысли людей. Не для эгоистических интересов, а чтобы до конца узнать другого человека, понять его. После дневника Фаулза это желание у меня ослабело. Я заглянул в душу только одного человека, а разочаровался чуть ли не во всём человечестве.
P.S. Всё-таки со временем Фаулз что-то понимает насчёт себя. И его смелость, отсутствие исправлений для того, чтобы польстить себе, - заслуживают уважения.
Перечитываю старые дневники. Умопомрачительные выплески самодовольства, тщеславия, самонадеянности. Испытываешь искушение стереть все это с лица земли. Но это означало бы предать дух дневника. Ведь он остается — и навсегда останется — таким, каков ты сам. Я рад, что вел его много лет. С самого 1948-го. Жаль, что я потратил столько времени, занося в него размышления, идеи, взгляды, — и так мало, описывая события и людей.
20 понравилось
