Simplicissimus

"Спесь почитаю я особливым родом фантазии, коя берет начало в невежестве; ибо когда кто познает самого себя и ведает, откуда он пришел и куда отыдет, то совсем невозможно, чтобы он сделался таким надутым дурнем".

"Стал я господином самому себе, подобно всякому нищему, который не находится ни у кого под командой".

"Нет на свете ничего более постоянного, чем непостоянство".

Сдается мне, что нет на свете человека, у которого не было бы своего дурачества, ибо мы все ведь скроены на один лад, так что я по своей груше хорошо примечаю, когда созрели другие.

Надобно быть крепким малым, чтобы сносить хорошие деньги.

Герой принужден будет набрать солдат, а где солдаты, там и война, а где война, там достается правым и виноватым.

Среди десяти тысяч игроков редко сыщешь хоть одного богатого, а напротив того, они повсеместно бедны и неимущи, ибо их барыш подбит ветром, а посему либо тотчас же уходит в проигрыш, либо расточается в беспутстве.

Тот, кто единожды начал играть и предался сей привычке, или, лучше сказать, демону игры, тот мало-помалу (невзирая на то, проигрывает он или выигрывает) так в ней увязнет, что отрешиться от нее ему труднее, чем от естественного сна, ибо, как мы тут видим, иные гремят костями всю ночь напролет и готовы проиграть самые лучшие кушанья и напитки и даже уйти отсюда без рубахи.

Те, кому надлежит обратить меня в дурня, сами принуждены быть передо мной дураками.

Разве чувства, коими надлежит располагать душе, не погребены во чреве неразумного зверя?

Вино в голову – ум из головы!

Человек, привыкший ко всем грехам и безумствам мира сего и сам их творящий, не может и малой доли того почувствовать, на сколь опасную стезю вступил он вместе со всеми.

Когда на свете жили бы одни только Симплициусы, то, верно, и не открылось бы зрелище стольких пороков.

Надо быть вовсе бесчестным человеком, чтобы дозволить так втоптать себя в грязь.

Где надлежало быть великой любви и верности, там обрел я наибольшую измену и жесточайшую ненависть, раздор, гнев, вражду и несогласие.

Ежели мы лишены небесной награды за то, что не любим наших врагов, то какой же заслуживаем мы казни за то, что ненавидим наших друзей.

Как Феникс, рожден я из пламени был.
Я ввысь воспарял, но себя не сгубил,
Бродил я по странам, в морях я бывал,
Отрады в скитаниях мало знавал,
О том же, что делалось в жизни моей,
Поведал читателю я в книжице сей.
Пусть в жизни он следует ныне за мной:
Бежит неразумья, вкушает покой.

Сии три правила: познавать самого себя, убегать худого товарищества и пребывать твердым - почитал сей благочестивый муж добрыми и необходимыми, нет сомнения, потому что и сам упражнялся в них.