Беовульф

Мудрый! не стоит печалиться! - должно мстить за друзей, а не плакать бесплодно!

Беовульф

Он воистину
вождь безупречный! -
Только старость
его и осилила,
как и всякого смертного.

Уж лучше воину
уйти из жизни,
чем жить с позором!

ратнику нужен
покров нагрудный,

хранящий в сечах
мечедробящих

сердце от раны,
жизнь от смерти;

и таким же, как он,
был внук Гармунда,
родич Хемминга,
в битвах яростный Эомер,
покровитель воителей.

Так часто случается:
кому не начертана гибель, тот может
избегнуть горя,
спасенный Господом!

воистину сказано:
Бог от века
правит участью
рода людского!

Лучшее в людях - мудрость

"сам же Скильдинг
седой, многоопытный
нам поведывал
о былых временах-
и словам его
арфа вторила,
сладкозвучное дерево, -
то он пел нам
песни безрадостные,
то предания сказывал
чудо-истинные "

" по волчьим скалам,
по обветренным кручам,
в тумане болотном
их путь неведом,
и там, где стремнина
гремит в утесах,
поток подземный,
и там, где, излившись,
он топь образует
на низких землях ;
сплетает корни
заиндевелая
темная чаща
над теми трясинами,
где по ночам
объявляется чудо-
огни болотные;"

Берегись же и ты,
милый мой Беовульф,
этих помыслов пагубных,
но ступи на путь
блага вечного
и гордыню, воитель,
укроти в себе,
ибо ныне
ты знатен мощью,
но кто знает, когда
меч ли, немочь ли
сокрушат тебя,
иль объятия пламени,
или пасть пучины,
или взлет стрелы,
или взмах меча,
или время само -
только свет помрачится
в очах твоих,
и тебя, как всех,
воин доблестный,
смерть пересилит!

... должно мстить за друзей, а не плакать бесплодно!

Так врукопашную должно воителю идти, дабы славу стяжать всевечную, не заботясь о жизни!

Гаут державный,
щитом прикрывшись,
пред каменным устьем
стоял, покуда
гад, извиваясь,
полз в потемках
к месту схватки;
и меч двуострый,
наследье древних,
сиял, подъятый,
в руках у конунга;
и оба сердца
равно кипели
и страхом и ненавистью.

Да славится Беовульф
под этим небом! —
нет другого
от моря до моря
на юг и на север
земли срединной,
кто бы сравнился
с ним в добродоблести,
кто был бы достойней
воестаршинствовать!

Вивергаючи полум'я, попідпалював гість отой
світлі оселі, – яса стояла
людям на пострах. Напасник летючий
волів не лишити ні душі живої.
Насильство змiєве звідусіль було видно,
зблизька і здалеку, дику жорстокість, –
як ворог лютий людність ґeатську
утискав і кривдив. До скарбу свого,
в потаємні палати він полинув удосвіта.
Плем'я земель тих у пломінь уверг він,
у жар і вогонь; у курган свій він вірив,
свою доблесть і міць його, – та надія зрадлива ця.

...будь с гостями
не скуп, но равно

дари и ближних, приветь и дальних!

чуть запал за пригорки
самоцвет небес