Том Уэйтс: Интервью. Невиновны во сне

Том Уэйтс - самый культовый из культовых музыкантов современности. Он всегда шел не против и даже не поперек течения - никакого течения для него будто и не существовало. В 1970-е годы, в пору расцвета глэм-рока и стадионного пафоса, он воплощал собой романтику городского дна: под джазовый аккомпанемент пел битнические баллады о несчастной любви и сердце субботней ночи в дебрях мегаполиса, о бродягах и стриптизершах, о карлике из Гонконга и пуэрториканке на деревянной ноге; и его любимым поэтом б...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,5

128 оценок

5
65%
4
24%
3
9%
2
2%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 140Хотят прочитать 198

Рецензии

9510333 июля 2014 г.
♥♥♥♥♥♥♥♥Innocent When You Dream♥♥♥♥♥♥♥♥
Бывает так: вырядишься дровосеком и ходишь и с презрением смотришь на хлыщей в пиджачках. А потом нет, всё равно ходишь в штиблетах и в рубашечке заправленной в штаны и весь такой элегантный-элегантный.
Или так: полгода не пьёшь-не пьёшь, и вдруг каак взял и нажрался до потери памяти. И вроде и стыдно перед собой и организмом, а вроде и хорошо: разрядился, перезагрузил систему. В голове чистота и тишина.
Или вот ещё: на полке стоят книжки. Долго стоят, лет по семь-восемь. Одну ты спас из горящего дома. Согрело десять котят, три попугая, дискография Сектора Газа, а ты книжку спас. Вторую («Основы робототехники») украл с одной из работ: в одиночку нагружал грузовик, вставший перед универом, всяким бумажным хламом, продуктами жизнедеятельности хихикающих студентиков, тусующихся там рядом, которых в том универе учат, и которые потом всю жизнь только и могут бумагу переводить на всякую херню. Нагружал и ехал на грузовике сдавать всю эту макулатуру на базу. Там на базе заезжаешь сначала на весы с полным кузовом, потом разгружаешься, потом заезжаешь пустым. Разницу высчитывают и по килограммам платят. За один грузовик бывало до тысячи двухсот рублей давали. Так вот один раз всё выгрузил, а «Основы робототехники» спас и унёс под курткой. Третью подарил Волгов в Бутово. Причём он подарил, а я взял и промолчал, что у меня такая уже есть. Вернулся из Бутово и ту, что у меня уже была, нечитанную, подарил одной девочке. А волговскую оставил себе. Энергетический баланс подарков сохранён.
И вот едешь в метро, одет как дровосек, с дикого бодуна, мысли путаются, читаешь привезённую из Бутово книжку про Тома, а напротив сидит хлыщ в пиджачке и, улыбаясь, аки мартышка, ловящая блох, пялится в свой айфон и что-то там шваркает пальцами. И тогда посещает внезапная мысль: а ведь если твой айфон засунуть тебе в задницу, ты не перестанешь лыбиться и с тем же успехом будешь пялиться во что-нибудь другое и шваркать там пальцами.
Читать далее
38
602
SALNIKOF4 июля 2014 г.
Чертовы московские пробки! Если опоздаю - шеф оторвёт мне яйца. Оставляю свою бэху (х6) на стоянке, а сам с портфелем под мышкой бегу к метро.
И вот я уже в вагоне. Среди китайских маечек и турецких рубашек в строгом костюме от Brioni я выгляжу нелепо. Как же давно я не спускался под землю - пять лет, семь? Да, пожалуй, что семь. Я крепко держусь за поручень. На стене вагона висит блестящая железная табличка, на ней выбиты какие-то слова и цифры; я читаю: вагон метрополитена серия 95-103.3 М.
Освободилось место. Я втискиваю свою задницу между толстой потной тёткой и прыщавым студентом-ботаном. Достаю iPhone, проверяю почту. Всё в порядке. Нет, не всё. У меня появилось какое-то странное чувство, что кто-то рядом наблюдает за мной. Так и есть. Вот они - "эти глаза напротив", они следят за мной, за каждым моим движением, за каждым... Кто он такой? Какого чёрта он меня разглядывает?! Ему лет тридцать, может чуть больше, рожа помятая, небритая, глаза какие-то мутные - похоже, что он с бодуна. Одет в красную клетчатую рубашку навыпуск, синие джинсы, на ногах рваные кеды. В руках книга с поношенным лицом Тома Уэйтса на обложке.
Читателю Уэйтса я сильно не нравлюсь. Ну ничего, потерпи, родной, скоро моя остановка - я выйду и тебе больше никто не помешает представлять себя на сцене лос-анджелесского клуба "Трубадур" в круглой чёрной шляпе, эдаким блюзменом из подворотни пинающим в зад гламурный мир. Ты считаешь, что вы с Уэйтсом "одной крови" только потому, что у тебя рваные кеды. Но Уэйтс - великий музыкант. А ты? Тебе уже тридцатник или даже чуть больше, а ты всё ещё подражаешь другим. А где же твой голос? Пока что я слышу только недовольный скрежет твоих зубов.
Вот и моя станция. Я выхожу. Прощай, дружище. Мы больше не встретимся. Береги себя.
P.S. Том Уэйтс-бунтарь давно прекратил свое существование. Его место занял Том Уэйтс-респектабельный шоумен.
Читать далее
31
614
Jedaevich29 июня 2010 г.
Однозначный маст-хэв. Первая книга из серии "ART-House", ради издания которых такие серии и затеваются. Великий человек о себе и о мире, в котором мы живем.
Честно говоря, лучше любой рецензии за Маэстро скажут его же собственные слова.
1. Я всегда боялся, что буду двадцать лет подряд хлопать мир по плечу, а когда он наконец обернется, забуду, что хотел ему сказать.
2. Есть такая крысиная теория: нас слишком много, и мы сходим с ума из-за пролиферации человеческого присутствия. Едешь себе по фривею, и вдруг ни с того, ни с сего там, где раньше было чистое поле, триста пятьдесят тысяч новых домов. И всем нужно куда-то ходить в туалет, всем подавай игрушки для детей, яичницу с беконом, хорошенькую маленькую машинку и место, куда съездить в отпуск. Когда крыс становится слишком много, они жрут друг друга.
3. Я всё пытаюсь найти такую музыку, которая была бы моей музыкой – это как домашние блюда, понимаете? Конечно, если я готовлю для себя одного, можно особо не привередничать: насыпал в ухо сахару, запихал в рот кусок глины, поджег себе волосы. Тут всё в порядке.
4. В нашем мире столько вещей, что с ними соприкасаешься на каждом шагу и не замечаешь в них ничего, кроме того, что тебе от них нужно.
5. В день сбора мусора ты вдруг замечаешь, что в нём кто-то роется, высовываешься в окно и кричишь: «Что вам тут надо, чёрт побери?». Они убегают и ты начинаешь рыться сам. Ты уже не уверен в качестве собственного мусора, ты думаешь, не совершил ли ужасную ошибку, не выбросил чего-то такого, что теперь станет в твоей жизни самым дорогим.
6. Никогда не знаешь, куда идёшь, пока не пришёл. Есть такая фишка с людьми, которые постепенно уезжают на поезде: им говоришь до свидания, и они постепенно уменьшаются. Самолёты: люди входят в дверь, и их нет. Очень странно.
7. Люди говорят обо всём в терминах телевидения. Если ты ребёнок, он для тебя родитель, в крайнем случае – нянька. Никакого государственного контроля в Америке не ощущается. Всё равно тебе всё покажут по телевизору. Людям нравится узнавать о плохих новостях из хорошенького ротика. Дикторов теперь выбирают, как присяжных, по цвету: черный, китаец, еврей, мексиканец, католик – на любой вкус. Кто читает новости – тот и настоящий.
8. Пару дней назад какой-то мужик подавился карманной Библией и умер. В ней было двести восемьдесят семь страниц. Он чувствовал, будто его переполняет дьявол, и решил запустить туда Библию. Подавился и умер. Вот что люди творят. Слава Богу, есть газеты, а то мы бы вообще не знали, на что способны… Тут арестовали мужика, который таскал в штанах двадцать одного голубя. Он специально надевал такие совсем свободные штаны, шёл в парк и запихивал в них голубей – ему нравилось как они шебуршатся. Говорил: «Я же никому не мешаю»
9. – А как зовут твою дочку? - Мы ещё не придумали. Я сказал, что когда ей исполнится восемнадцать лет, она выберет себе имя, которое ей нравится. А пока мы зовём её как придётся, каждый день по новому. – А сегодня как? – Сегодня Макс. Кем она только не была. Когда она знакомится с каким-то человеком и он ей нравится, она берёт его имя.
10. Своим голосом Уэйтс умеет кричать, стонать и издеваться, тот же голос годится для мягкого шепота, трелей и вздохов, а от его редкого фальцета шерсть встает дыбом на загривке у собак. Уэйтс много лет собирал спаянную команду музыкантов, способных произвести на свет любую текстуру. Скажи им : «Рождество в канализации Будапешта после вторжения марсиан 1962 года», и они будут там.
11. Мы любим лаять на то, что трудно расслышать. Мне тоже нужно метить территорию. Как-то вот так. Если я уезжаю куда-то дня на два-три, а потом возвращаюсь, первое, что я должен сделать, это прогуляться по дому, вокруг него и восстановить своё присутствие. Я обхожу всё кругом, что-то потрогаю, что-то попинаю, на чём-то посижу. Напомню комнатам и вещам, что я опять дома.
12. Хороший мужик. У него была такая странность, даже не знаю, как это назвать – болтался по округе и если ему у кого-то что-то во дворе понравится, заявлялся ночью с лопатой, выкапывал и сажал у тебя. Приходилось как-то выкручиваться. Я никогда при нём не говорил «Красивые розы, как мне нравится эта банановая пальма»
13. Не так давно в Корее арестовали одного рыбака за то, что, поругавшись с женой, он скормил её стае акул, - в Корее закон пока что не разрешает ловить рыбу на жён.
14. Катлин жила в монастыре и училась на монашку. Мы познакомились, когда её отпустили на новогоднюю вечеринку. Ради меня она бросила Бога.
Читать далее
22
54

Все рецензии

Цитаты

current22 октября 2010 г.
"Я-то сам боюсь всего нескольких вещей. Что пойду как-нибудь в одиночку гулять по Лос-Анджелесу, провалюсь в люк, а там, внизу, пятьсот безработных босановщиков запиликают меня до смерти "Девушкой из Ипанемы". Пока проносит. Думал оформить страховку от Ипанемы, да нет такой ни у кого".
5
998
Pretty_Dirty9 апреля 2010 г.
I'd rather have a bottle in front of me, than a frontal lobotomy.
5
999
Jedaevich29 июня 2010 г.
1. Я всегда боялся, что буду двадцать лет подряд хлопать мир по плечу, а когда он наконец обернется, забуду, что хотел ему сказать.

В нашем мире столько вещей, что с ними соприкасаешься на каждом шагу и не замечаешь в них ничего, кроме того, что тебе от них нужно.
В день сбора мусора ты вдруг замечаешь, что в нём кто-то роется, высовываешься в окно и кричишь: «Что вам тут надо, чёрт побери?». Они убегают и ты начинаешь рыться сам. Ты уже не уверен в качестве собственного мусора, ты думаешь, не совершил ли ужасную ошибку, не выбросил чего-то такого, что теперь станет в твоей жизни самым дорогим.
Читать далее
4
1K