Одесские дачи

Я заморожен. Еще чуть-чуть — я упаду и разобьюсь. Мой звук уходит, а мое слово беззвучным быть не может. Все мои шутки между словами. Все мое дыхание между словами. Как на бумаге раздвинуть слова? Я многоточиями исписал всю книгу и все-таки непонятно. Плоско.

Нет тишины и дыхания. Не начинает работать мысль читателя. Даже на пленке пауза пропадает. Пленка мешает, и меня нет. Они не видят, что происходит во мне между словами. Я не хочу быть болтливым. Как? Ну как мне научиться писать паузы?..

Конечно, нельзя рассматривать ножки в отрыве от любимого человека, но любовь — это разговор с каждым пальчиком отдельно.

Я. Тоска, тоске, тоской, тоски...

Те, кого я люблю, меня не оскорбляют, они понимают, что я страдаю от всего мира.

Кого теперь высмеивать?

В этом суть жизни. Темное, светлое. Мне хватит жизни. Должно хватить. Умирать не хочется.

Соскакивать обидно. Все едут, а ты соскакиваешь. И жалко всех. Они плачут. А жизни хватает.

Ну какой тебе смысл проверять на себе, кто тебе подаст утку, кто нет. Живи, пока сам направляешь струю. Не можешь... Ну, значит, это уже не жизнь. И спокойно. Не подводя итогов. Не изрекая правил. Сойди, и пусть все едут. Тебе хватит.

Ты приехал.

В этой стране мясо и масло - это политика.