Другие художники преобразовывали то, что они видели, в соответствии с тем или иным идеалом красоты. Курбе также преобразовывал действительность, но исходя из своего идеала голой правды. Мане преображал то, что он видел, не для того, чтобы достигнуть красоты или правды, но чтобы добиться такого единства формы и цвета, каким оно ему представлялось.
Бесспорно, что и другие названные нами художники писали, стремясь к единству формы и цвета, но для них это достижение было естественным следствием их мастерства; для Мане же единство было идеалом. И этому идеалу он пожертвовал изображением женственности, к которой был так чувствителен в светской жизни <...>. Красота, правда, жизнь - всё это поглощалось у него искусством. <...> Таким образом, незаметно или почти незаметно для себя превратив приём в идеал, он открыл путь для своего - да и не только для своего - творческого воображения, предложив в "Олимпии" принцип свободы видения, принятый затем всем современным искусством, которое сделало его своей основой и своим знаменем.
Оригинальность Мане и заключается именно в этой присущей ему направленности живописного замысла и его выполнения - в направленности, источником которой является он сам.
Ваша оценка
2 понравилось