Настоящие

Никто, кроме тебя самого, не в силах отнять у тебя то, что тебе дорого. Разве что смерть, но и её иногда удаётся уговорить подождать. Не всегда, но всё же. Ты свободен, а твоя клетка — внутри тебя самого. Но как же трудно порой повернуть ключ в замке и отпустить себя на волю. Если бы мы могли помнить про это всегда, если бы могли…

Вокруг неустойчивой,
Тонкой свечи -
Сияющий ореол
Метаний и слёз
Настоящей души,
Спасательный круг
Для бессмертной души
В сияющем сонме волн...

Никогда не суди. Очень трудно отвыкнуть, по себе знаю, но хотя бы попробуй.

— Мне тоже так кажется, — кивнул Радал. — Но теперь я ни в чём не уверен.
— Это хороший признак, — похвалил Пятый. — Абсолютная уверенность в чём-то — признак незрелого ума. К тебе это больше не относится.

И потом, на мой взгляд это излишняя смелость — утверждать при мне, что меня не существует.

Контролирующие внешне стараются не делить миры на «злые» и «добрые». Они допускают право на существование и тем и другим.

— Самое страшное — это равнодушие. Когда оно поселится в тебе и всё станет тебе безразлично и ты сможешь смотреть на любые мерзости с ледяным спокойствием — вот тут-то и пиши пропало.
— Мучайся, но молча, — присовокупил Лин. — Не дай бог, кто узнает в таком «свободном мире», что ты живой человек и тебе тоже может быть страшно или больно. Пусть в тебе видят всё что угодно, а ты внутри будь тем, кто ты есть.

Боль сближает. Радость часто разделяет людей, а боль почему-то иногда умеет делать их ближе. Даже врагов.

— Метод научного тыка, — тихонько проговорил Нарелин, с интересом всматриваясь в пульсирующую зелёную спираль, висевшую неподалёку — во время запроса она почему-то оживала активнее прочих фигур. — Искать иголку в стоге сена — так когда-то говорили люди. При этом не зная, ни как выглядит стог сена, ни что такое иголка, ни даже где поле, на котором торчит этот стог.

Нас пугает неизвестное, но страх перед ним — отражение наших собственных страхов. Мы боимся не чужаков, а самих себя.