Анна Иоанновна

Как распространяются ложные слухи и становятся псевдознаниями по истории

Автор не пользовался труднодоступными в его время документами и источниками, а составил сей опус по слухам, общественному мнению, великосветским сплетням. К сожалению, именно сие творение по всей видимости прочел Пикуль в ходе подготовки своего романа "Слово и дело". И вот тут и там уважаемые люди в воззрениях на многих деятелей эпохи и на ее события опираются на художественное произведение Пикуля и на полном серьезе считают описанное им правдой.
А то, что это не так, подтверждается не только находящимися в архивах документами, но и публикациями в открытых для всех источниках.

В чем именно погрешил автор и вслед за ним Пикуль

1
Долгоруков описывает пребывание в Горицком монастыре Екатерины Долгоруковой, причем с подробностями, характеризуя ее как злющую, колкую и деспотичную стерву. Ссылается на монастырские предания.
Однако еще в 1872 опубликованы указы, свидетельствующие о том, что в Горицком Воскресенском Екатерина никогда не была, а сослана в Томский Рождественский, где 22 декабря 1740 года в присутствии обер-офицера Петра Егорова и двух караульных солдат насильно пострижена. В Томске тоже остались предания: горожане очень жалели опальную княжну, которая непрерывно была под стражей и даже нижнее белье переодевала при карауле.

2
Осип Тишин — чуть ли не герой и у Пикуля, и у Долгорукова.
Но к счастью несколько томов "сборника русского императорского исторического общества" отданы публикации заседаний кабинета министров при Анне Иоанновне. Оттуда следует:

• Осип Тишин был одним из многих доносчиков, правда, самым удачливым;
• то, что сказал Иван, слышал только Тишин, то есть доказательств не было и быть не могло, его слово - против слова Ивана;
• сразу после доноса Тишина забрали в Москву, чтобы он давал показания в Тайной канцелярии;
• за донос Тишин получил 600 рублей (число, кратное тридцати);
• Осип Тишин был горьким пьяницей, по этой причине господа министры кн. Черкасский и Остерман велели выдавать ему по 100 рублей в год, остерегаясь вручить подобному забулдыге всю сумму сразу.

  3

Вся эта любовная заварушка с Екатериной (мол, она опустилась и даже имела связь с Овциным и Тишиным) — сплетня, и нет никаких подтверждающих это документов. Любые телодвижения, ссоры и т. д. тут же записывались, отсылались в столицу, обсуждались кабинет-министрами. О любовных связях Катерины нигде ни слова.
К ссыльной семье была приставлена охрана из начальника и пятнадцати солдат. Обер-офицеры менялись, потому что их последовательно одного за другим отдавали под военный суд за дружелюбие к Долгоруковым в нарушение должностной инструкции. В церковь даже княжны Анна, Екатерина и Елена ходили под конвоем. Как можно с кем-то флиртовать в окружении трех солдат?

4
Наталья Шереметьева вышла замуж за своего жениха Ивана Долгорукова, когда он уже был в опале и уехала вслед за ним в Березов. Задолго до жен декабристов...
Автор книги характеризует ее брата Петра Шереметьева как дурного человека и вора, присвоившего ее приданное.
Это полная чушь и тяжкий грех против логики! Петр сам ей и дал это приданное, потому что родители их давно умерли и Наташа до замужества жила в его доме.
Опровергающие документы есть! Опубликована переписка Анны Иоанновны и ее верного пса Салтыкова. Они искали сокровища Ивана Долгорукова и думали, что они спрятаны вместе с приданным его жены.
Вообще интереснейшая переписка, и о ней как-нибудь хочется рассказать отдельно.
Так вот, Анна приказывала Салтыкову пытать крепостных Шереметьевых ("допрос с пристрастием"), чтобы выудить сведения о местонахождении этого приданного. Кроме сокровищ, Анна повсюду искала и любовные письма Ивана...
Все нашлось потом, и не у Петра.
Хорошим и верным человеком был Петр Борисович Шереметьев, сын великого фельдмаршала, если читать документы. Они с Варей Черкасской сумели пережить все эти жуткие времена и не жениться/не выйти замуж, а потом создали счастливую семью, когда обоим было за тридцать.

5
Насчет якобы пьянства с попами Березова много писать не буду. Лишь два факта из именных указов императрицы Анны:

• чуть менее десяти Березовских священников были казнены за то, что служили Долгоруковым молебны и другие службы (каждому — пытки, плети, ссылка в Охотск на солеваренные работы, одному вырвали ноздри);
• протоиерей Авдей Михайлов, с которым по Пикулю пьянствовал Иван, назначен в Березов только в 1737 году, когда Иван уже безвылазно сидел в яме при часовом. Они даже не виделись никогда.

  Пора заканчивать, а то Остапа понесло... Много еще возмутительной чепухи нашла я в тексте, опровергаемой документами.

  Эту книгу ни читать, ни переиздавать не надо!

А надо бы кому-нибудь знающему написать достоверную.