Проклятие мертвых Богов

С кошмарным криком проснулся Паслен. Он резко сел, дико озираясь кругом.

— Мы тонем! — закричал он. — Мы все сейчас утонем!
— Паслен, — твердо заговорил Рис. — Ты в безопасности. Мы уже не на корабле.
Паслен не сразу сумел осознать этот факт. Он озадаченно осмотрел грот, затем взглянул на свои руки. Кендер чувствовал вес кандалов, слышал звон цепей — и теперь испустил вздох облегчения.
— Ух ты! Тюрьма! Какое счастье!
Рис невольно улыбнулся:
— Что же это за счастье — оказаться в тюрьме?
— В тюрьме безопасно, она стоит на твердой земле, — пояснил Паслен, радостно похлопывая по каменному полу.

Маджере мог бы прислать мне на помощь шесть монахов, и они сейчас шли бы по дороге спасать Риса. Ты слышишь меня, Маджере?! — прокричал Паслен небесам.
Он подождал немного, давая Богу шанс, но шесть монахов не появились.
— Ну, смотри, — произнес кендер многозначительно. Он встал на ноги, посмотрел в небо, уперся руками в бока и заговорил с Богом. — Не знаю, слушаешь ли ты меня, Маджере, — выговаривал Паслен сурово. — Наверное, нет, ведь я всего лишь кендер, нас никто не слушает, и еще я мистик, а значит, я не поклоняюсь тебе. Хотя, знаешь ли, это ничего не должно для тебя значить. Ты ведь добрый Бог, если верить Рису, то есть ты должен выслушивать всех людей, всех без исключения, кендеров и мистиков тоже, поклоняются они тебе или нет.
Я понимаю, ты можешь решить, что с моей стороны не очень-то справедливо ожидать от тебя помощи, раз я ничего для тебя не сделал, но ты ведь гораздо больше меня, гораздо могущественнее; думаю, у тебя должно быть большое сердце или широкая душа, или как там еще говорят о человеке, когда хотят сказать, что он добр и щедр с теми, кто этого не заслуживает.
Может, я и не заслуживаю твоей помощи, зато заслуживает Рис. Да, он отрекся от тебя и поклонялся Зебоим, но ты-то должен понимать, что он сделал так, обидевшись на тебя. О, разумеется, я слышал, все повторяют, что нам не дано знать, пути Богов неисповедимы, но ведь Боги обязаны понимать сердце человека, значит, и ты должен понимать: Рис покинул тебя, потому что был обижен и сердит. А теперь ты принял его обратно, что очень благородно с твоей стороны, но все-таки в этом нет ничего удивительного, ведь ты же добрый Бог, поэтому не жди от меня за это похвалы.

Он бежал, бежал и бежал вверх по холму, не глядя, куда именно бежит. Атта неслась рядом, и тут он во что-то врезался на полном ходу.
Кендер отлетел назад, перевернулся и шлепнулся обратно на дорогу, пьяно затряс головой, потом посмотрел вверх.
— Ого! — снова произнес Паслен.
— Прошу прощения, друг, — сказал монах и дружески протянул руку, чтобы помочь кендеру подняться. — Мне следовало внимательнее смотреть, куда я иду.
Монах был худощавый, стройный, сплошные мускулы, как выяснил Паслен, — натолкнуться на него было все равно, что натолкнуться на скалу. У монаха были стального оттенка седые волосы, заплетенные в простую косу, спускающуюся по спине. Он был в простой рясе ярко-оранжевого цвета, отделанной по подолу и на рукавах орнаментом из роз. У него были высокие скулы, крепкий подбородок и темные глаза, которые сейчас улыбались, но взгляд мог быть очень суровым, когда монах хотел.
— Это Маджере тебя послал, монах? Да что я говорю?! Конечно же, это он тебя послал, точно так же, как и этих кузнечиков! — Кендер схватил монаха за руку и дернул. — Идем! Я отведу тебя к Рису!