Голодная гора. Королевский генерал

- Людей любят независимо от того, достойны они этого или нет, - мягко проговорила она. - Человека любят ради него самого.

Неизвестность – я всегда и везде настаивала на этом – худшая из умственных пыток.

Люди совсем не хотят, чтобы их понимали, это мешает им чувствовать себя несправедливо обиженными. Они упиваются своими обидами.

Состояние неизвестности - самая страшная пытка для души.

...когда человек слишком счастлив, он делается менее чутким, меньше думает о других.

Самое скверное, это когда человек не умеет достойно проигрывать.

Уж если голодать, я предпочитаю делать это дома, а не под забором.

— Пусть это будет последним делом в моей жизни, но армию я очищу от всякой дряни.
— Тогда тебе некого будет вести в бой, Ричард, — заметила я.

Друзья, с которыми ты только на прошлой неделе вместе ужинал, неожиданно попадали под подозрение, и тут же на божий свет вытаскивались давно забытые скандалы, связанные с ними, и все это по той простой причине, что ныне, эти люди придерживались отличных от твоих взглядов.

Время залечивает любые раны, скажете вы, но на мой взгляд, их залечивает не столько время, сколько решимость духа.

Дебору, его сестру, по-видимому, природа наделила всей той мужественностью, которой недоставало брату, она щеголяла густыми усами и говорила сочным басом

Я готова была умереть со стыда, но смерть не приходила

Самое печальное, что я не могу больше читать, как бывало. В двадцать пять, в тридцать лет книги были для меня величайшим утешением. Как настоящий книжный червь, я трудолюбиво корпела над латынью и греческим,
так что изучение их стало частью моего существования. Сейчас это кажется бессмыслицей

- Когда человек несчастлив, он совершает неразумные поступки.

– Никогда не следует возвращаться назад в прошлое, – сказал Генри. – Смотрите вперед и только вперед, если это возможно.

Весь смысл заключается в интонации - перенесенные на бумагу слова кажутся незамысловатыми и вполне безобидными.

разжигание ненависти между соседями, которые не одно поколение жили в мире и согласии, казалось мне
делом рук самого дьявола.

Странно, как все разумные, убедительные доводы, приходящие нам в голову в спокойном уединении собственных покоев, когда предмет размышлений находится за тридевять земель, обращаются в ничто, стоит ему появиться перед глазами.

Жестокость порождает жестокость, предательство - измену; качества, которые он сам взрастил в себе за прошедшие годы, теперь рикошетом ударили по нему.

Спросите Тома, помнит ли он фразу, которую сказал мне лет тридцать тому назад: «Лучше быть добрым, как Эйры, чем умным, как Бродрики»? Беда в том, что доброта умирает и лежит, схороненная в земле. А ум переходит по наследству к следующим поколениям и вырождается.