Кентерберийские рассказы

Много слышала о "Кентерберийских рассказах" НО не читала, до недавнего времени...
После прочтения книги "Инферно" я столкнулась с творчеством Данте и его нашумевшей "Божественной комедии"
Кстати Данте у меня следующий в хотелках и планах
На новогоднии посмотрела фильм, старый 1995года, в главной роли ПИТТ & ФРИМАН

и снова Данте "Божественная комедия" но и шедевр "Кентерберийские рассказы"
Именно то что стоит прочитать, но к этому стоит подойти

«Кентерберийские рассказы» - это, без всякого преувеличения, энциклопедия средневековых характеров. Или даже своеобразных архетипов – так прочно ассоциируются у меня со Средневековьем образы Рыцаря, Монаха, Аббатисы, Студента… Всего их 29 – представителей английского общества того времени, объединенных ненадолго паломническим путем.

«Кентерберийские рассказы» - это, конечно, больше чем сборник новелл. Даже если отбросить заслуги Чосера в плане становления английского литературного языка (что вряд ли возможно), остается огромное значение этого произведения как некой основы основ, первоисточника. По-моему, в «...рассказах» невероятно силен дух Средневековья: сочетание скабрезного, простонародного, грубоватого с аскетизмом, религиозностью, устремленностью в небеса. Вакханалия, праздник, карнавал, плотские наслаждения и тут же – отшельничество, отказ от удовольствий, смирение плоти и духа. Одновременная сатира на церковь и невозможность представить жизнь вне церкви. Пожалуй, ничто не привлекает меня в этом историческом периоде так, как эти вот противоречия, контрасты, противоположности. Полярность.

Уж не знаю, с чего я взяла, что «Кентерберийские рассказы» - произведение прозаическое. В связи с этим слегка опасалась, что поэтический текст не «пойдет». В итоге все оказалось совершенно наоборот: стихотворные новеллы читались легко и с интересом, а две прозаические – со скрипом.

Очень рада, что ознакомилась с Чосером в самом начале периода увлечения Средневековьем, потому что без этой книги мое представления о тех веках было бы явно неполным.

Я так давно хотела спознаться с "Кентерберийскими рассказами" Чосера, да все не решалась. Шутка ли, XIV век и вся английская литература вышла из них, как русская из гоголевской "Шинели". Но семь веков разделяющих нас, что общего может быть между мной и теми людьми? Много, как выяснилось. Но прежде несколько слов об авторе. Сын успешного виноторговца, в детстве представлен отцом ко двору, стал королевским пажом, принимал участие в войне, пленен и выкуплен за шестнадцать фунтов. Королевский камердинер, а после (ну, мы назвали бы это "чиновником по особым поручениям"). Много путешествовал, перевел на английский "Роман о Розе", был отменно знаком с классической латинской и современной итальянской литературой.

"Кентерберийские рассказы" напоминают "Декамерон" Бокаччо, с той существенной разницей, что в отличие от последнего, классовый, сословный, имущественный состав рассказчиков пестр необычайно - двадцать девять героев-паломников, представляющих все слои общества. Они коротают время в пути рассказыванием историй и каждая непохожа на предыдущую, на всякой отпечаток личности рассказчика. Героические, скабрезные, нравоучительные и просто забавные. Они разные и соотносятся с "Декамероном" (ни в малейшей степени не пытаясь умалить его) как современная нам английская литература с итальянской: тут безбрежное море, там жухлый ручеек.

Итак, "Рассказ мельника". Жил некогда в Оксфорде плотник Джон, подлинный мастер своего дела и от заказов отбоя не было, а потому слыл он человеком зажиточным. Сдавал комнату в своем доме студенту Душке Николасу. Овдовел, женился на молодой прекрасной Алисон. Складывайте два и два. Правильно, студент воспылал страстью к хозяюшке, да и та не осталась равнодушна к его молодому напору. Но как им провести ночь наедине? Юноша затворился в своей комнате, сказавшись больным (на деле еды и напитков набрал с собой вволю), плотник - человек добрый и сочувственный, беспокоясь, отправил мальчика-слугу узнать, что там с жильцом.

Тот заглянул в комнату через кошачий лаз (очаровательная деталь, правда ведь?) и увидел Николаса сидящим в прострации на постели. "Доучился, совсем с глузду съехал" - подумал плотник, как все простые люди, не питавший доверия к книжной премудрости. Он вышибает дверь, находит жильца в той же отрешенной неподвижности и узнает от него, что в четверг новый великий потоп и школяру был Голос, который велел спастись самому, а также посодействовать спасению плотника с женой; нужно тайно купить три больших бочки, влезть внутрь и ожидать. Сделано, бочки на чердаке, привязаны к стропилам.

Все трое внутри. Дождавшись, пока муж захрапит, Николас и Алисон потихоньку вылезают, отправляются в спальню и неплохо провели бы время. Когда бы не соперник. Причетник местной церкви Авессолом (Absolom в оригинале, читала не средневековый Чосера, а переложение на современный английский), также влюбленный в Алисон, внимательно следит за происходящим, видит, что плотник Джон не появляется во дворе, решает, что тот получил срочную работу у епископа и не находит ничего лучше, чем прийти под окно красотки. Чтобы жалостливым рассказом о своих страданиях вымолить хотя бы поцелуй.

Любовникам не до него, чтобы скорее избавиться от нытья воздыхателя, Алисон спрашивает: "А если позволю поцеловать меня разок - уйдешь?" - "Да-да!" Но вместо щеки, проказница выставляет в окошко голый зад. Облобызав волосатые "уста" и поняв, что над ним посмеялись, Авессалом отправляется к другу кузнецу, берет у него раскаленный сошник, возвращается под окно и снова молит о поцелуе, на сей раз точно последнем. И на сей раз задницу выставляет Николас. Которому и достается сошником. Тот вопит: "Воды, воды!", Джон на чердаке решает, что потоп уже наступил, перерубает веревку, валится в своей бочке вниз, ломает руку.

Крики, визги, переполох. Сбежавшимся на шум соседям, Алисон и Николас объясняют, что хозяин слегка сдвинулся в последнее время на идее потопа и даже их заставлял спать в бочках под крышей, как кур на насесте. Так уважаемый человек прослыл дураком, да еще и утратил возможность зарабатывать своим ремеслом. Но и голубкам теперь ничего хорошего не светит - муж неотлучно дома. Так-то. А мораль? Не возжелай жены ближнего своего, полагаю. Ну еще - не введи во искушение. За каким этот Джон красивого мальчика в непосредственной близости от жены держал? И еще (но эта, в отличии от первых двух глобальных, локальная) - не связывайтесь с грамотеями, обведут. Чосер прекрасен.

Переверни страницу, - дивный сад
Откроется, и в нём, как будто в вазах,
Старинных былей, благородных сказок,
Святых преданий драгоценный клад.

Компания людей совершенно различных профессий и занятий (юрист, студент, врач, шкипер, мельник, рыцарь, оруженосец, повар, мажордом, монахиня, монастырский капелан, монах, батская ткачиха, кармелит, купец и тд) едут в паломничество и по пути договариваются, что каждый расскажет по две истории. Хорошо, что Чосер свои "... рассказы" не закончил, а то была бы книжка в два раза длиннее;)
Поразила меня глубокая и живая связь средневековой прозы с античностью - постоянные отсылки к античным авторам и мифам. До глубины души возмутил рассказ студента о до того покорной и смиренной жене, что безропотно дала мужу, порядочному мудиле, надо сказать, убить своих детей и потом ещё не грустит и не печалится. И хотя история эта заканчивается хорошо, осадок от неё крайне неприятный. Понравился рассказ похожий на басню о петухе и лисе и, конечно же, пролог к рассказу батской ткачихи, пятикратной вдовы, в котором она рассказывает о своей жизни.

Спасибо, neraida , за такой срез средневековых характеров.

Флэшмоб 5/7-2011

Уф! Наконец я домучила сии средневековые вирши кирпичом да еще в стихах. Не то чтобы они были такие мучительные, нет, но объем однообразных историй несколько измотал.

Стихотворная форма однако не мешает совсем, возможно на первых двадцати страницах было непривычно, но потом взгляд приноровился и не замечал рифм, опус вполне можно читать как обычный текст. Вообще же сам текст сильно напомнил сказки Пушкина, так что если вы читали в детстве «Сказку о попе и о работнике его Балде», то можно не бояться и "Кентерберийских рассказов". Единственный минус в поэтической форме был для меня в том, что для развития действия требуется раза в три больше строк, чем бы было в повествовании, читаешь, читаешь, а воз и ныне там. Сам автор частенько прибегал к спасительному механизму

и прыг куда-нибудь к другому персонажу.

Не знаю, как это произведение изучают в филологических вузах (очень интересно узнать, кстати), но очевидно это связано с тем, что, как говорят, это таки откуда есть пошла земля русская анналы английской литературы. Интересно было бы проследить за отсылками к Чосеру в различных романах.

Сам же Чосер очень часто обращается, во-первых, к библейским сюжетам, что вполне объяснимо, учитывая религиозную одержимость в Средние Века, а, во-вторых, к сюжетам, заимствованным из античности и времен Древнего Рима. И если, читая Монтеня, я не удивлялась римским главам, все-таки он писал во времена Возрождения, когда античность снова вошла в моду, то найти у средневекого народного автора такие отсылки - поразительно. Но как все-таки наша европейская цивилизация основана на Древнем Риме, а? Прямо оторопь берет, такая связь времен.

Мне было, как обычно, крайне интересно вычленять различные детали средневекого быта, начиная от должностей персонажей, и заканчивая трапезами и туалетом. Кстати о туалете. Любопытно было наблюдать проявления средневекого туалетного юмора, как-то я не была готова, что это потоки говноюмора буквально, и если первые главы моя реакция не уходила дальше «Гы! Надо же, про жопу», то к пятой-шестой истории физиологические подробности кто-кому -куда стали раздражать. Да и вообще основная масса проблем у людей в то время очевидно была связана именно с тем кто кому и когда и в разных вариациях добрый муж- изменница-жена, верная жена – похотливый муж, верная молодая жена – муж-старик, любовник-студент, ну и так далее. Ну а кто благороден и не имеет низменных устремлений – тот Святая Цецилия.

В общем и целом, для общеобразовательных целей и, если совсем уж нет ничего другого, или вдруг очень резко хочется чего-нибудь средневекового, то можно и почитать, но рекомендовать никому не буду.

В этом очаровательном сборнике, где, куда ни глянь, всюду добрые христиане, повествуется, как давным-давно, еще во времена Робин Гуда, организованная группа английских паломников отправляется к мощам святого дядьки. Чтобы не затосковать, они решают развлекаться рассказами на вечные темы.
Самой вечной темой оказываются приключения неверных жен, волнующие чуть ли не половину рассказчиков. И дальше воображение автора пускается вскачь по историям одна другой забористей.
Сначала кажется, что книга читается легко - вкусно и быстро, как мороженко на июльском солнцепеке. Но представьте, что вам нужно сьесть ящик таких мороженок, и удовольствие будет уже не то. Хотя, конечно, это зависит и от того, кто рассказывает - например, меня порядком утомила болтовня Батской ткачихи, зато очень понравились истории Франклина и Эконома. А описание храма бога Марса в рассказе Рыцаря - это вообще шедевр.
Книжка не окончена, но это не очень расстраивает. В любом случае, думаю, что все закончилось хорошо и их съели львы путешествие было таким же занятным, как и мое чтение.